Центр изучения молодежи Поколения.net Субкультуры и жизненные стили Международный фестиваль социальной рекламы Виноградарь Бизнес-исследования и консалтинг
Найти
КАЛЕНДАРЬ

Ноябрь 2017

НЕД. 1 2 3 4 5 6
ПН 6 13 20 27
ВТ 7 14 21 28
СР 1 8 15 22 29
ЧТ 2 9 16 23 30
ПТ 3 10 17 24
СБ 4 11 18 25
ВС 5 12 19 26



Клуб Московской Школы Политических Исследований



Центр молодежных исследований ГУ-ВШЭ в Санкт-Петербурге

Предисловие. Смысл и содержание проекта


Настоящая книга представляет собой обобщение результатов работы по проекту «Государственное администрирование, гражданская инициатива или коммерческое предприятие? Пути и механизмы включения новых антинаркотических практик в региональную социальную политику»[1]. Это третье исследование, посвященное изучению социальных контекстов современного состояния наркотизации в России, реализованное данным творческим коллективом. В первом исследовании анализировались уровень и характер наркотизации школьников г. Ульяновска[2], во втором - специфические аспекты социального реагирования на эту проблему в региональных контекстах[3], в третьем, которому посвящена настоящая книга, - социальная политика в антинаркотической сфере. В настоящее время наш коллектив продолжает изучение проблем молодежной наркотизации[4]. Текущий (четвертый) проект посвящен исследованию повседневных молодежных практик, тому, насколько и в каком качестве наркотики (реально и символически) присутствуют в различных молодежных культурах: от дворовых посиделок и тусовок - до дискотечных и клубных сцен.

Подобный пошаговый анализ помогает достроить общую картину социального пространства наркотизации. Сначала мы изучали индивидуальные подростковые контексты наркотизации, специфику выборов или отказов от употребления или проб наркотиков, зависимость уровня толерантности по отношению к ним от социально-демографических и территориальных характеристик, новых измерений так называемых «групп риска». Второе исследование помогло понять механизмы формирования моральных паник вокруг молодежной наркотизации, выявить наиболее значимые «противостояния» между субъектами, так или иначе вовлеченными в проблему: молодежью - имеющей и не имеющей собственный нарко опыт, включенной и не включенной в различные типы солидарностей, родителями, учителями, лидерами общественого мнения и региональных средств массовой информации. Третье исследование показало специфику перестройки и деконструирования существовавших в советский и постсоветский периоды идеологии и практики региональных антинаркотических программ. Таким образом, мы получаем некую более или менее завершенную картину, в которой находят отражение мнения всех ее заинтересованных участников.

Проблемы, цель и задачи

Проблемная ситуация, вокруг которой строились исследовательские практики, выглядела на момент исследования следующим образом:

Резкий рост наркотизации в России в течение 90-х гг. вызвал появление многочисленных служб, центров, клиник по профилактике и лечению наркомании, последующей реабилитации наркобольных. Большая часть из них были созданы местными администрациями, другие начали действовать как самостоятельные общественные организации, третьи развивали доходный бизнес. Институционализация негосударственного сектора и коммерциализация антинаркотической деятельности спровоцировали появление новых проблем. Одна из самых актуальных - это включение новых антинаркотических практик в региональную социальную политику. Появление новых субъектов - действующих акторов, наделенных определенными ресурсами, преследующих разные, подчас противоположные цели, использующих отличающиеся подходы к лечению, реабилитации и профилактике наркотизации, заставило обратить внимание на то, что эффективное решение этой проблемы связано не только с теми, кто употребляет наркотики, но и с теми, кто пытается помочь им. В фокусе анализа реализованного проекта были установки и приоритеты деятельности новых субъектов социальной политики, работающих в антинаркотической сфере, характер их взаимодействия на региональном уровне с различными институтами государства и гражданского общества.

В процессе исследования нами решались следующие задачи:

  • выявление и описание новых антинаркотических практик в исследуемых регионах: истории их возникновения, основных направлений деятельности, источников финансирования, кадровой политики и юридического статуса;

  • изучение характера использования и включения в существующие в антинаркотическом пространстве социальные сети: формы взаимной поддержки, лоббирования, продвижения;

  • сравнительный анализ философских и идеологических оснований новых  антинаркотических проектов;

  • выявление отношения населения к сложившейся социальной политике в области наркотизации, степень доверия новым антинаркотическим практикам, готовность к поддержке их деятельности;

  • типологизация сценариев развития антинаркотических практик в контексте региональной социальной политики: экономический, политический и общественный эффекты.

Методология

Полевое исследование проводилось в трех регионах Поволжья: Нижегородской, Самарской и Ульяновской областях. В географию исследования вошли шесть городов: три областных центра (Нижний Новгород, Самара, Ульяновск) и три «вторых» города (Дзержинск, Тольятти, Димитровград).

В каждом из регионов были взяты:

  • Экспертные интервью со специалистами, участвующими в разработке и реализации региональных антинаркотических программ. В выборку каждого региона вошли руководители или заместители руководителей областных и городских администраций, местных отделов ОБНОН, ОППН, комитетов по делам молодежи, наркологических диспансеров, реабилитационных центров, общественных и религиозных организаций, занимающихся проблемами наркомании, а также депутатские лидеры Законодательных Собраний и Городских Дум. В целом в названных регионах было проведено 63 интервью: 21 интервью в Нижегородской области, 19 - в Самарской и 23 - в Ульяновской. Для того, чтобы определить степень согласованности антинаркотической политики на федеральном и региональном уровнях, помимо экспертных интервью «на местах», были взяты 9 интервью с представителями федеральных институтов власти. Московские интервью проводились в Государственной Думе, НИИ наркологии, Министерстве образования, в крупных всероссийских общественных организациях («Россия без наркотиков», «Нет алкоголизму и наркомании»), занимающихся проблемой наркомании, а также в редакции журнала «Вопросы наркологии». Для анализа интервью использовался пакет программ Atlas/ti 4.1, позволяющий получать логические и семантические структуры для качественных данных.

  • Личные стандартизированные интервью с жителями изучаемых городов. Общий объем выборки составил 2400 человек. В каждом из трех регионов по квотной маршрутной выборке было опрошено 800 человек в возрасте от 16 лет и старше: 600 жителей областного центра и 200 жителей «вторых» городов. При построении выборки учитывались пропорции населения по полу, возрасту и уровню образования (погрешность не превышает плюс-минус 4%). Для отработки методики исследования был проведен пилотажный опрос в г. Ульяновске, его объем составил 300 человек. Полученные массивы данных обрабатывались с помощью пакетов программ SPSS 10.0 и Statistica 7.0. с учетом требований, предъявляемым к используемым в анкете видам шкал.

  • Часть данных была получена в ходе анализа официальных документов, касающихся антинаркотической политики. Было собранооколо 50 документов регионального и федерального уровней. К числу методологических проблем следует отнести выборочность материалов, обусловленную их объективной и субъективной доступностью. Содержательную базу составили программа Правительства России «Комплексные меры противодействия злоупотреблению наркотиками и их незаконному обороту на 2002-2004 гг.», областные и городские антинаркотические программы, материалы отдельных ведомств и учреждений, авторские программы профилактики наркомании.

  • Как отдельная антинаркотическая практика в рамках проекта рассматривалось издание научно-популярной литературы по проблеме наркотизации. Помимо того, что эти издания обсуждаются в научном и профессиональном сообществе, многие из них используются для разработки антинаркотических программ. Для дискурс -анализа научной литературы было отобрано более 100 книг, брошюр и статей, вышедших у нас в стране за последние 10 лет. Главным критерием отбора материалов было наличие в них методических рекомендаций по антинаркотической политике.

Специфика исследовательского подхода

Структура, функции и содержание социальной политики являются отражением государственной идеологии, поэтому смена властных институтов всегда влечет за собой их коренное изменение. Базисные представления, лежащие в основе антинаркотической деятельности, начали меняться самым кардинальным образом. На смену традиционным советским подходам с государственной монополией на все виды антинаркотической (в первую очередь, антиалкогольной) деятельности - от лечения до профилактики, приходят практики, характерные для систем гражданского общества и развития рыночных отношений. В советское время инициаторами всех антинаркотических мероприятий выступал ЦК КПСС и Областные комитеты партии. Постановления Правительства СССР, направленные на борьбу с наркоманией, шли под грифом «для служебного пользования» и были закрыты не только для обсуждения общественности, но и для специалистов, активно включенных в процессы воспитания и образования - учителей, педагогов, комсомольских и партийных лидеров «низового» уровня. К закрытым вопросам относились: показатели утечки наркотических лекарственных препаратов, разработки сортов конопли, не содержащих наркотически активных веществ, технологии изготовления наркотиков для медицинских целей, строительство специальных реабилитационных центров - лечебных трудовых профилакториев, реальная статистики правонарушений, связанных с наркоманией и др. Подобные материалы предназначались только тем структурам, которые непосредственно занимались данной проблемой, причем часто это сопровождалось обязательством не разглашать закрытые данные.

В постперестроечное время начали активно развиваться новые, негосударственные и небюджетные антинаркотические практики, которые заметно повлияли на изменение, а в чем-то и разрушение существовавшей ранее системы. На смену «таинственности», сверхсекретности и монопольному знанию пришли публичность и плюрализм. Рядом, а подчас и вместо государственных, появились коммерческие антинаркотические услуги, начали активно развиваться общественные инициативы, налаживаться формы сотрудничества с религиозными конфессиями. Помимо государственно-федеральных центров, институционализируются и региональные. Координация между ними на сегодняшний день как по горизонтали, так и по вертикали затруднена неясностью полномочий, существующими практически параллельно властными иерархиями и, соответственно,  доступностью финансовых и статусных ресурсов.

Выделение «новых» и «традиционных» практик в антинаркотической социальной политике имеет условный характер. С помощью этих конструктов мы пытаемся уловить динамику в стратегиях реагирования субъектов, действующих в этом пространстве, на острые социальные проблемы, в данном случае - масштаб и темп наркотизации.

Одна из основных исследовательских задач заключалась в определении механизмов сосуществования, взаимодействия элементов «традиционных» и «новых» антинаркотических практик в деятельности всех акторов: государственных учреждений, общественных организаций, коммерческих структур. Для этого важно было определить, каким образом  новые практики отражаются в реальной политике, какие конфликты и противоречия характеризуют этот процесс. Данная задача была реализована через конструирование различных сценариев встраивания новых антинаркотических практик в региональные социальные политики. Проведенный анализ позволил описать наиболее типичные из них, характерные для общественных организаций, религиозных конфессий и коммерческих структур.

Несмотря на существенную разницу в юридическом, экономическом и философско-идеологическом статусе и, соответственно, разницу в использовании технологий и методик антинаркотических практик, все акторы, действующие в пространстве наркотизации, активизируются в направлении доступа к государственно-административным ресурсам. Бюджетное финансирование остается на сегодняшний момент главным источником существования всех антинаркотических сетей. Это предопределило основные векторы напряжения и конфликтов между государственными структурами, прежде всего, лечебными учреждениями, общественными организациями и коммерческими центрами. Борьба, конкуренция, противостояние - вот те формы взаимодействия, которые доминируют сегодня в региональных социальных антинаркотических пространствах. Наряду с борьбой за государственные ресурсы напряжение стимулируется коммерциализацией всех видов практик, и прежде всего, лечебных. Расширяющийся рынок антинаркотических услуг является прямым ответом на рост спроса как в количественном, так и в качественном выражении. Поэтому разнообразие предложения от «имен» ииспользуемых методов, качества и места лечения, информационных ресурсов, уровня квалификации кадрового состава - до разницы в ценовой политике стимулирует формирование специфических целевых аудиторий каждого действующего актора.

Итак, принципиальным для нашего исследовательского подхода было следующее:

  1. Выведение проблемы наркотизации молодежи из-под власти доминировавших до недавнего времени дискурсов девиантности, психопатологии и социального исключения вместе с конструированием оснований для нового подхода  к проблеме в контексте социально-культурной легитимации наркотизма.

    Именно поэтому ключевыми понятиями анализа оказываются не наркомания, а наркотизация. Последнее понятие намного шире, поскольку  включает в себя все группы молодежи, прямо или опосредованно связанные с данным контекстом. Это и те, кто имеет собственный опыт употребления (нарко дебют, разовые пробы, экспериментирование, переход к тяжелым наркотикам, отказ от употребления, возврат и др.), те, кто не имеет собственного опыта употребления (сознательный отказ), но оказываются включенными в культурно-символическое пространство наркотизации - профилактические мероприятия, акции, молодежные культурные сцены, насыщенные наркотиками (медиа проекты, символика, сленг), а также те, кто оказывается невольно вовлеченными в данный контекст: друзья или родственники тех, кто имеет нарко опыт. Мы считаем, что острота проблемы наркотизации связана не столько с ростом наркозависимых (число которых, по мнению специалистов, к настоящему моменту «стабилизировалось» - ни роста, ни снижения), сколько с расширением социального и культурного пространства наркотизации, постепенной легитимациейприсутствия наркотиков в повседневных молодежных практиках.

  2. Мы также далеки от того, чтобы определять актуальность исследуемой проблемы в терминах моральных паник, «устрашающей» статистики и убийственных пророчеств о гибели общества вследствие деградации нового поколения. Мы пытаемся определить актуальность через другое - уже существующие и нарождающиеся противоречия и тенденции в развитии отношений всех акторов как между собой, так и в отношении к молодежи, в той или иной степени включенной в наркотические практики. Это не означает оправдания или высокой толерантности по отношению к росту наркотизации, речь идет о недостаточности, не конструктивности и вредности панического реагирования на данную проблему. Поэтому необходимость публикации полученных материалов обусловлена не только остротой проблемы наркотизации молодежи в современной России, отсутствием академической и научно популярной литературы, посвященной такому фокусу рассмотрения, но и глубокими проблемами, характеризующими современное состояние социальной политики.

В контексте противоречий современных антинаркотических практик

Сфера социальной политики относится к становящейся, в ней еще не наработаны механизмы координации между действующими субъектами, разделяемые если не всеми, то большинством принципы идеологии лечения, реабилитации и профилактики наркотизма. Одна из основных проблем процесса становления этой сферы - отсутствие устоявшихся отечественных традиций, что в первую очередь связано с советским наследием. Социальная политика, построенная на принципах командно-административного  управления, с трудом допускает развитие новых отношений, рожденных рынком и гражданским обществом.

Несмотря на то, что публикаций, посвященных антинаркотической тематике, становится все больше, в них продолжают воспроизводиться многочисленные мифы, своеобразно сочетающие прошлые советские и современные рыночные подходы. Не случайно, что среди циркулирующих мифов встречаются прямо противоположные утверждения. Так, например, дискурс психопатического склада личности наркоманов соседствует с утверждением о 90 или 100% наркотизации российской молодежи, утверждение о повышенном риске в так называемых неблагополучных семьях - с убежденностью в том, что наркоторговцы гоняются исключительно за детьми богатых родителей, уверенность в абсолютной невозможности излечения соседствует с гарантией полного выздоровления в отдельных клиниках.

Одну из причин подобной мифологизации некоторые российские исследователи видят в том, что не только журналисты или политики, выступающие с какими-либо заявлениями о масштабах наркотизма и средствах борьбы с ним, но и профессиональные исследователи, как правило, не имеют не только личного опыта применения (употребления) наркотических веществ, но и опыта сколько-нибудь длительного и глубокого общения с реальными потребителями наркотиков и их субкультурой, с принятой в ней системой смыслов, ценностей и норм[5]. Трудно согласиться с авторами в части необходимости обязательного погружения  в наркосреду для более точного понимания этой проблемы. Однако нельзя отрицать их правоты в том, что между всеми субъектами антинаркотической деятельности - с одной стороны, и той  молодежью, которая в той или иной степени включена в пространство наркотизма - с другой, существует настоящая пропасть. Она определяется разницей в знаниях (молодежь чаще оказывается более просвещена в вопросах о наркотиках, чем взрослые, занимающиеся с ними профилактической работой), в доступе к информации (современная российская молодежь постоянно «атакуется» медиа посланиями, перегруженными наркосимволикой), молодежь говорит на языке, насыщенном наркосмыслами. Это вовсе не означает, что вся молодежь обречена на включение в наркосреду, речь идет о том, что нужно строить профилактику на других основаниях. До тех пор, пока ключевыми понятиями антинаркотической работы останутся «борьба» и «противостояние», пропасть между теми, кто «ведет» антинаркотическуюработу и теми, «против» кого она направлена, будет сохраняться.

Таким образом, выработка новой стратегии антинаркотической политики становится одной из самых актуальных задач. Без достижения общественной солидарности во взглядах на нее, позитивные изменения вряд ли будут возможны. Начать, на наш взгляд, следует с более детальной интерпретации собственно понятия «антинаркотическая работа», ее основных задач. В этой работе можно выделить три потока, которые сосуществуют, конкурируя  друг с другом за право считаться приоритетными.

Первый поток. Борьба с распространением (производством, доставкой, продажей) наркотиков.

Здесь «сталкиваются» следующие субъекты: наркопоставщики, торговцы,  распространители (сетевой маркетинг), собственно потребители (новички, экспериментаторы и зависимые, мелкие распространители) с одной стороны, и силовые структуры и территориальная общественность - с другой. Главными действующими лицами антинаркотической деятельности в этом потоке являются правоохранительные органы, методы которых заключаются в перекрытии каналов поставок, обнаружении и ликвидации точек распространения и запасов наркотиков, поимке и изоляции лиц, совершающих противоправные действия, классифицируемые таковыми в соответствии с действующим законодательством. Ключевые проблемы здесь формулируются через недостаточную кадровую и техническую оснащенность подразделений ОБНОН и ОППН, несовершенство действующего законодательства, низкую правовую грамотность населения и т.п. Профилактика в этом контексте сводится к соответствующим рейдам, правовому образованию, проведению открытых бриффингов и публикациям в доступных СМИ статистики правонарушений, совершенных наркоманами или лицами, находящимися в наркотическом состоянии. Однако большая часть этой работы разворачивается вне публичного дискурса, поскольку связана с необходимостью соблюдения порядка расследования, презумпцией невиновности и государственными интересами. В этом измерении использование понятия «борьба» вполне допустимо, а часто и необходимо, поскольку точно выражает характер «военных действий».

Второй поток. Лечение и реабилитация индивидов, попавших в ту или иную степень зависимости от наркосодержащих веществ.

Здесь наркомания может быть расшифрована как индивидуальная или индивидуально-семейная болезнь. Основными действующими субъектами являются государственные органы здравоохранения и частные (коммерческие) лечебные и реабилитационные медицинские практики в лице врачей-наркологов, психотерапевтов  и психологов - с одной стороны, и сами больные люди и члены их семей - с другой. Использование понятия «борьба» в этом контексте возможно исключительно в переносном смысле, аналогично сочетанию «борьба за жизнь человека», но не более того. Однако, как будет показано в ряде статей настоящей книги, именно вокруг интерпретации смысла и целей этой «борьбы» разворачиваются основные споры в профессиональной среде врачей- наркологов. Профилактика в этом измерении сводится к просветительской работе - лекциям, популярным книгам, встречам, индивидуальным беседам с профессионалами. Она призвана предоставить полную информацию о реальных (а не мифических) особенностях употребления тех или иных наркотических веществ (а не «наркотиков вообще») и последствиях в зависимости от состава, качества, количества и частоты использования. Кроме этого, специфической задачей профилактики в этом направлении является предотвращение возвратов к употреблению.

Третий поток. Предупреждение и профилактика наркотизации

Это наиболее широкое, включающее в себя максимальное количество участников, пространство антинаркотической деятельности. В эту работу вовлечены органы просвещения и образования, общественные организации, родители, общественность. В определенной степени ее субъектами являются все, перечисленные ранее: силовые структуры, органы здравоохранения, а также религиозные конфессии. Усилия действующих субъектов здесь должны быть направлены на решение проблем наркотизации в самом широком смысле слова. На тех, кто никогда не пробовал - чтобы предотвратить желание попробовать, на дебютантов - чтобы предотвратить повторы, на эпизодически пробующих и экспериментаторов - чтобы снизить частоту и стимулировать полный отказ, на  тех, кто стоит на «героиновом пороге» - чтобы предотвратить переход к героину и т.д. Таким образом, в этом контексте профилактическая работа должна быть предельно дифференцированной, и в ней не могут быть прямо использованы антинаркотические наработки из арсеналов «борьбы» и «лечения». Однако это вовсе не означает, что следует «разрывать» эти подходы и стремиться к их изоляции друг от друга. Наоборот. Отсутствие единой идеологии антинаркотических усилий, наличие и обострение межведомственных противоречий, борьба за право быть самыми  важными в этой работе, ведут к ослаблению всех.

Анализ антинаркотических практик также показал, что борьба с правонарушениями, лечение и реабилитация наркозависимости все еще остаются приоритетными. Именно к ним, и прежде всего лечению сводится подчас весь смысл антинаркотической политики. Связано это с тем, что сфера лечения и реабилитации является на сегодняшний день наиболее динамично развивающейся и прибыльной. Доходы, получаемые в сфере услуг по лечению и реабилитации зависимости от наркосодержащих веществ, не только высокие, но и быстро оборачиваемые. Эта сфера, как показал анализ высказываний экспертов, сама себя воспроизводит. Отсутствие на сегодняшний день по настоящему эффективного лечения (вне зависимости от методов, средний процент излечения не превышает 10%) делает пациентов, попавших в сферу этих услуг, «вечными клиентами». Новые противоречия в этой сфере непосредственно связаны со спецификой противостояния рынка антинаркотических услуг рынку наркобизнеса: они не только взаимоисключают, но и «подпитывают» друг друга.

Все это говорит о том, что цель нельзя сводить исключительно к снижению спроса на наркотики. На наш взгляд, задач намного больше.

  1. Вытеснение наркотиков и наркообразной символики и сленга из повседневных молодежных практик не путем «борьбы», а за счет формирования и развития альтернативных форм потребления, основанных на идеях здорового образа жизни. Именно обытовление наркотиков, введение их самих и их контекстов в молодежные культуры в качестве неких величин, равных алкоголю и табаку (легитимным формам вещественных злоупотреблений отнюдь не только в молодежной среде) повышает уровень солидарно-группового принятия и снижает уровень солидарно групповой критичности по отношению к наркотикам[6].

  2. Перенос акцента в антинаркотической работе с регулярно потребляющих на тех, кто в той или иной степени включен в наркотизацию. Приобщенность к наркотикам (непосредственно, опосредованно, символически) ни по  охвату, ни по темпам роста, ни по структуре вовлеченных, не тождественно числу активного, актуального наркотизма молодежи. «Более того, не исключена такая ситуация, когда общее расширение круга знакомых с наркотиками будет сопровождаться сужением круга их постоянных (актуальных) потребителей» [7].

  3. Запретительные стратегии, доминировавшие в советскую и постсоветскую эпоху, отчасти распространенные и сегодня, неадекватны новой ситуации. Они закрепляют в общественном мнении мифы исключительности феномена накротизма и его «социального меньшинства», с которым нужно бороться. Тем самым провоцируется представление об определенной привлекательности, эксклюзивности этих практик. Самым актуальным в современной социальной политике становится смена идеологических координат антинаркотических усилий: с запретов, устрашений и изоляции на формирование осознанных и компетентных выборов в пользу других форм поколенческих солидарностей, прежде всего, на основе уважения собственной ценности, личного достоинства и права на свободный выбор.

  4. Проблемы внутри антинаркотической деятельности обусловлены отсутствующей на настоящий момент координации действий ее основных субъектов, работающих внутри разных потоков, описанных выше. Ведомственные, административные и профессиональные интересы каждого из них (или тех, что сосуществуют внутри каждого из направлений) состоят в том, чтобы представить свой интерес в качестве всеобщего. Оттого, какому из направлений будет отдано предпочтение на федеральном уровне, зависит направленность основных финансовых потоков и административных ресурсов.

  5. Специфика современной ситуации в пространстве наркотизации  состоит в том, что многие из субъектов, за исключением родителей, оказываются не заинтересованы в реальном снижении численности прямо или косвенно вовлеченных в наркотизацию. Сложилась довольно парадоксальная ситуация. С одной стороны, все государственные ведомства, коммерческие структуры, общественные организации, участвующие в «борьбе» с ростом потребления наркотиков среди молодежи, должны, следуя старым схемам, «докладывать» о достижениях и успехах, а следовательно - снижении правонарушений, уменьшении числа зависимых, высоких процентах излечения, эффективности проведенных профилактических мероприятий и т.д. Одновременно с этим они должны подчеркивать ухудшение ситуации по тем же направлениям. Для государственных субъектов - это способ получения дополнительных ресурсов, для коммерческих - увеличения круга потенциальных клиентов, для общественных организаций - доказательство необходимости выделения грантов и спонсорских средств.

  6. Задачи социальной политики было бы наивно сводить к полной ликвидации наркотизации молодежь. Речь скорее должна идти с одной стороны, о минимизации угрозы распространения наркотиков, увеличения количества вовлеченных, и вместе с тем - омоложении наркотического дебюта, с другой стороны - о развитии у всех социальных субъектов личностных и групповых навыков сосуществования вместе с вовлеченными в наркотизацию (не только с попавшими в зависимость, но и экспериментаторами, а также их семьями, друзьями, партнерами) без использования привычных практик социального исключения - изоляции, дискриминации, унижения, борьбы и войны.

Первый раздел книги «На переломе: от «западной диверсии» - до «впереди планеты всей» посвящен анализу государственной антинаркотической политики в советскую и постсоветсвую эпохи. Статьи  Блюдиной Ульяны «Российское государство и наркотики: проблемы непростого взаимодействия (до 90-х годов XX века)», посвящены истории развития отношения к наркотикам в Российском государстве до 90-х годов и в течение последнего десятилетия ХХ века. Подобный ретроспективный взгляд помогает почувствовать социально-культурный и политический контекст, внутри которого происходит формирование новейших антинаркотических практик. Анализ происходящих трансформаций в этой сфере на фоне отстающей законодательной базы демонстрирует остроту противоречий, складывающихся между старыми, традиционными схемами решения острых социальных проблем и современными инновационными антинаркотическими практиками, разворачивающимися в условиях формирования рыночных отношений и строительства гражданского общества в России.

Статья Кремневой Натальи «Програмное решение проблемы наркомании» посвящена анализу региональных антинаркотических политик в исследуемых регионах, отраженных в официальных документах. В качестве исходного материала в тексте используются антинаркотические программы профилактики, лечения и реабилитации наркомании как регионального (Самарской, Ульяновской и Нижегородской областей), так и федерального уровней (всего более 50 документов). Проведенное автором исследование представляет большой интерес тем, что позволяет сравнить различные подходы, характерные для исследуемых регионов в части декларируемых приоритетов антинаркотической деятельности, понимании ее сути, смысла, перспектив и основных проблем. Официальные документы, выступающие формальными индикаторами социального реагирования, формулируют задачу противодействия наркомании (комплекс профилактики, лечения и реабилитации, борьбы с распространением) в качестве самостоятельного и одного из важнейших направлений деятельности органов федеральной и региональной власти. Иначе говоря, наркомания приобрела официальный статус региональной проблемы государственного значения. Знаменательно и то, что на региональном уровне она переводится в плоскость социальной проблемы, и, прежде всего, проблемы воспитания и образования, а не борьбы и пресечения, как это было ранее.

Второй раздел книги «Профессиональная экспертиза антинаркотической деятельности: акторы, идеология и практики в современном российском пространстве наркотизации» посвящен анализу взглядов специалистов-профессионалов, принявших участие в исследовании, на проблему становления новых подходов ко всему спектру антинаркотической деятельности в современных российских условиях. В статье Омельченко Елены «Tabula rasa или Terra inkognita. Инновации и традиции антинаркотической деятельности в трансформирующейся региональной социальной политике» раскрываются основные противоречия между инновативными антинаркотическими практиками и уже существующими и ставшими в каком-то смысле традиционными подходами к лечению, реабилитации и профилактике наркотизации молодежи. В качестве исходногоматериала в ней используются интервью с экспертами, репрезентирующими всех основных акторов этой сферы. Особое внимание уделяется интерпретациям смысла и направлений инновативных практик, а также критике традиционных (старых) подходов к лечению, реабилитации и профилактике наркотизации. Анализ мнений экспертов показал, что социальное пространство наркотизации имеет несколько измерений: структурно-функциональное, институциональное, идеологическое, инструментально-технологическое, территориально-общественное и рыночное. Автор обращает внимание на то, что особую сложность в определении характера инноваций вносит жесткая конкуренция на региональных рынках антинаркотических услуг как между, так и внутри двух основных систем: государственной и коммерческой. Основное внимание в статье уделяется идеологическим аспектам «борьбы» между новыми и традиционными стратегиями и тактиками антинаркотической деятельности, в которой отчетливо проявляются самые проблемные моменты трансформаций, происходящих в социальном пространстве наркотизации современной России.

Статья Левагиной Татьяны «Государственная антинаркотическая политика: эпоха перехода»  посвящена определению основных составляющих советской и постсоветской государственной антинаркотической политики. Автор описывает главных субъектов, участвующих в ее реализации, а также характер взаимодействия между ними. Основное внимание уделяется ключевым проблемам и противоречиям взаимоотношений государственного и негосударственного секторов антинаркотической политики. Основой для написания статьи стал анализ экспертных интервью с представителями правоохранительных органов, органов здравоохранения и образования, городских и областных администраций, лидерами общественных организаций.

В статье Банниковой Натальи «Общественные объединения в пространстве современных антинаркотических практик» рассматриваются основные противоречия, складывающиеся между общественными объединениями и организациями и государственно-административными структурами, существующими в исследуемых регионах. Центральным вопросом, который автор поднимает в статье, является поиск адекватных объяснительных моделей интеграции потенциала общественных объединений в решении социально-значимых проблем, таких как проблема наркотизации. По мнению лидеров общественных организаций, главной и базовой проблемой государства и науки, связанной с гражданским участием, на протяжении последнего десятилетия остается отсутствие стратегии и тактики использования данного растущего потенциала в решении социальных проблем. Автор делает вывод о том, что на сегодняшний момент административные государственные структуры оказываются не способными оценить этот потенциал, не видя реальных механизмов и возможностей его использования в решении социальной проблемы. Особенно ярко это проявляется в ситуации ее стремительного  обострения, как в случае с распространением наркотизма.

Последняя статья данного раздела Шкляр Людмилы «Родители - виновники, соучастники или жертвы?» раскрывает сложные векторы включения и использования родительского потенциала в современной социальной политике. Автор пытается осмыслить место и значение родителей и семьи в целом в сфере антинаркотической региональной политики, то, насколько роль, отведенная им экспертами, соответствует собственным самоощущениям  родителей в процессе наркотизации. Разница этих двух точек зрения дает представление о степени включенности родителей в сеть антинаркотических практик, о том, насколько сами родители чувствуют себя полноценными субъектами наряду с «официально» признанными. Автор группирует мнения экспертов в три модели отношений:  родители как виновники, как соучастники, и как жертвы детей, попавших в пространство наркотизации.

Третий раздел книги «Антинаркотические практики в пространстве «народных»,академических и медиа дискурсов» посвящен анализу общественного мнения населения и циркулирующих в пространстве наркотизации дискурсов.

В статье Евгении Лукьяновой «Активы» и «пассивы» региональной антинаркотической политики: оценки ее эффективности с точки зрения концепции социального капитала» рассматриваются перспективы вовлечения населения в региональную антинаркотическую политику. Для этого автор использует концепцию социального капитала, помогающую оценить эффективность региональной политики с точки зрения ее общественной поддержки и готовности населения участвовать в ней. В статье обсуждаются различные формы социального капитала: непосредственное участие в антинаркотических акциях, доверие к государственной политике и т.п. Подчеркивается, что социальный капитал антинаркотических программ существенно отличается от других видов, его задача - способствовать решению наркомании как социальной проблемы. Особое внимание уделяется анализу толерантности по отношению к наркоманам как специфическому виду социального капитала.

В статье Гончаровой Натальи « Право говорящего… (анализ литературы по проблемам наркомании в фокусе социальной политики)» в качестве отдельной антинаркотической практики рассматривается издание научно-популярной литературы по проблемам наркомании. Материалы монографий, сборники статей, публикации в журналах, Интернете обсуждаются в научном и профессиональном сообществе и используются в разработке антинаркотических программ. В основу статьи легли материалы более 100 отечественных изданий, посвященных различным аспектам этой проблемы. Большая часть книг, включенных в анализ, была опубликована при поддержке общественных организаций, учебных заведений или научных фондов.

Статья  Костериной Ирины «Криминал, скандалы, реклама и проповеди: проблема наркомании в презентациях СМИ» посвящена анализу популярных дискурсов наркотизации, нашедших отражение в региональных СМИ. В основу статьи легли региональния издания Нижегородской, Самарской и Ульяновской областей.

Завершает этот раздел статья Доброштан Ольги «Интернет и К*», в которой проанализированы наиболее известные и популярные сайты, в той или иной степени обращенные к наркотизации молодежи.

Книга содержит обширную библиографию по всему спектру вопросов, касающихся наркотизации, а также сведения об  авторах книги и описание текущих и перспективных проектов, реализуемых творческим коллективом НИЦ «РЕГИОН».

[1]Проект осуществлен творческим коллективом НИЦ «Регион» Ульяновского государственного университета (руководитель Омельченко Е.Л.)  при финансовой поддержке Независимого института социальной политики (Москва, Грант SP-01-1-18).

[2]Исследование проводилось при финансовой поддержке мэрии г. Ульяновска. Его результатам  посвящена книга «Подростки и наркотики: опыт исследования проблемы в школах г. Ульяновска». Социологический очерк./ под ред. Е.Л. Омельченко. - Ульяновск: Изд-во «Средневолжский научный центр», 1999.

[3]Проект «Паника или изоляция или знание и помощь? Рост потребления наркотиков среди различных групп молодежи; стратегии общественного реагирования в контексте социальных изменений» проводился творческим коллективом НИЦ «Регион» Ульяновского государственного университета (рук. Омельченко Е.Л.) в трех регионах Поволжья - Ульяновской и Самарской областяъ, а также в республике Татарстан при финансовой поддержке Московского научного фонда (Москва, Грант SP-99-1-7, 1999). По его результатам написана книга «Героинашеговремени: социологические очерки» / под ред. Е.Л. Омельченко. - Ульяновск: Изд-во «Средневолжский научный центр», 2002.

[4]Проект «Бытовое, но не нормальное». Употребление наркотиков и молодежные культурные практики в России» осуществляется в трех регионах России (Самарской области, Комиреспублике и Краснодарском крае). Грант ESRC № R000239439, 2002-2004 гг., руководитель - профессор Хилари Пилкингтон, Центр Русских и Восточно-европейских исследований, Бирмингемский университет, Великобритания.

[5]Л. Кесельман, М. Мацкефвич. «Подводя итоги». Глава из книги «Социальное пространство наркотизма». - http://narcom.ru/iфdeas/socio/46.html.

[6]См. : Героинашеговремени: социологические очерки. / под ред. Е.Л. Омельченко. - Ульяновск: Изд-во «Средневолжский научный центр», 2002; Parker H., Aldridge J., Measham F. 1998 Illegal Leisure. The normalization of Adolescent Recreational Drug Use.London: Routledge.

[7]Л. Кесельман, М. Мацкевич. «Подводя итоги». Глава из книги «Социальное пространство наркотизма». - http://narcom.ru/ideas/socio/46.html.