Центр изучения молодежи Поколения.net Субкультуры и жизненные стили Международный фестиваль социальной рекламы Виноградарь Бизнес-исследования и консалтинг
Найти
КАЛЕНДАРЬ

Ноябрь 2017

НЕД. 1 2 3 4 5 6
ПН 6 13 20 27
ВТ 7 14 21 28
СР 1 8 15 22 29
ЧТ 2 9 16 23 30
ПТ 3 10 17 24
СБ 4 11 18 25
ВС 5 12 19 26



Клуб Московской Школы Политических Исследований



Центр молодежных исследований ГУ-ВШЭ в Санкт-Петербурге

Н. Банникова. Национально-языковые отношения в ситуации этнической мобилизации


В рамках исследовательского проекта «Этническое самосознание как фактор поведения социальных групп» (проект N 93-03-04198, грант РГНФ) одной из исследовательских процедур стал анализ общественных и научных дискурсов, направленный на изучение и анализ языковой политики как фактора этнокультурного взаимодействия на основе результатов исследований, опросов, проведенных исследовательскими центрами и отдельными исследователями в Татарстане, а также НИЦ «Регион» на территории Ульяновской области, пограничной с Татарстаном.

Одной из важнейших сторон этнической ситуации являются национально-языковые отношения. Исследовательская задача — выделить их место и роль в развитии этнообъединительных процессов.

Языковая общность является условием формирования почти любого социального коллектива, в том числе этноса. Язык — основное средство общения людей. При этом связь языка с этносом является наиболее ранней, естественной и устойчивой, ибо язык формируется и развивается внутри этноса, и не случайно, что само название этносов часто совпадают с названием соответствующих языков (русский этнос — русский язык, татарский этнос - татарский язык). В этнографии и этнической статистике принято различать родной язык и разговорный язык. «Родным» считается язык, усваиваемый человеком с раннего детства в процессе его этнокультурной социализации и ориентации. Именно в этом качестве родной язык стал использоваться в этнической статистике как объективный признак этноса.

По мнению Л.В. Дмитриенко, в период национального возрождения этносов язык приобретает значение базовой этнической ценности, находящейся в центре культурных, а часто и политических интересов народов. Его статус в системе этнических ценностей при осознании национальных интересов, связанных с ним, возрастает до уровня этнического символа, символа этнической преемственности. На базе того, что язык становится этноопределителем, помогающим идентифицировать себя с членами своей этнической общности, формируются установки, которые выражают оценочное отношение к ключевым, свойственным данной культуре сферам деятельности, имеющим глубокие традиционные этнокультурные корни и смысл. Установки формируют стиль отношения человека к ситуации с ярко выраженным этническим контекстом и создают психологическую базу для соответствующего поведения в межэтнических отношениях.

По результатам опроса, проведенного НИЦ «Регион» в 1997 г., среди населения Ульяновской области, где татарское население составляет 13%, в качестве основных этноопределителей, по мнению респондентов, выступают:

  1. национальность родителей (80-83% татарского населения, 72-75% русского населения);

  2. язык (68-70% татарского населения, 75-79% русского населения);

  3. вера (43-56% татарского населения, 40-45% русского населения) (Табл. 1).


Таблица 1. Почему Вы относите себя к русским (татарам)? (в процентах от числа опрошенных)
 

Доля респондентов

Татары

Русские

Город

Село

Город

Село

…к татарам

…к русским

По языку

70

68

79

75

По вере

56

43

45

40

По территории проживания

1

14

15

8

По внешности

1

4

2

6

По истории

4

9

11

11

По национальности родителей

83

80

72

75

По обрядам, праздникам, обычаям

14

21

9

9

По характеру

5

4

7

7

По имени

9

8

4

7

По своей семье

18

31

15

28

Трудно сказать

0

1

0

2

число ответивших

174

173

195

178

Важнейший вектор, определяющий межнациональную и языковую политику, ее актуальность — это позиция руководящего звена, эшелона власти, культурной и научной элиты (по результатам анализа высказываний элиты республики Татарстан о первоочередных задачах и проблемах суверенной республики, проведенных Л. Дробижевой)2. 

Мы рассматриваем позиции элиты именно потому, что ее представители, с одной стороны, синтезируют те процессы, которые в данный момент имеют место в политической, экономической и культурной жизни республики, с другой — задают идеи, которые воспринимаются, распространяются и находят отклик среди граждан Татарстана. В Татарстане с началом демократизации процесс, называемый национальным возрождением, привел к большей открытости традиционализма, авторитет элит и лидеров играет еще большую роль, чем в центре.

Проблему национальных отношений в своих интервью большинство представителей руководителей и элиты выделяют, но чаще называют ее в третью очередь в ранге наиболее важных проблем и первоочередных задач. На первое место большинство ставит экономические проблемы, на второе — политические, а на третье — национальные. Хотя некоторые представители элиты указывают на то, что проблем в сфере национальных отношений нет, но то, что 22 из 27 опрашиваемых отнесли национальную проблему к числу трех наиболее острых и значимых в республике, уже говорит о том, что она имеет место.

Наиболее важным конфликтообразующим фактором респонденты называют проблему государственного языка. И языковую политику относят к числу наиболее сложных.

Позиции элиты раскрывают высказывания3:

  • «проблема языка — это культурологическая проблема, а уж потом политическая»,

  • «чтобы реализовать «Закон о языке», нужно определить уровень знания языков»,

  • «сейчас открываются новые татарские национальные школы, но интеллигентные люди отдают детей туда, где перспективнее, все равно перспективы будут за русским и английским языками»,

  • «сначала нужно создать условия для развития татарского языка, только потом говорить о реальном двуязычии»,

  • «главный документ, связанный с национальной политикой, — «Закон о языке» и его реализация»,

  • «нация и язык неразделимы, нация в опасности, если отдаляется от языка»,

  • «русский и татарский языки должны быть равноправны»,

  • «многое в национальной и языковой политике зависит от политических лидеров»,

  • «примитивизация языка ведет к примитивизации культуры»,

  • «я чувствую ущемленность, если не слышу свою родную музыку, речь, если мои дети не учатся на родном языке»,

  • «этнократическая кадровая политика идет, сейчас 90-100% руководителей — татары, это уже опасно»,

  • «нация мертва без языка»,

  • «идея двуязычия — попытка притеснения интересов татар»,

  • «дети должны с детских садов изучать татарский язык, но не принудительно, ведь основа любой нации — язык»,

  • «сейчас созданы все условия, чтобы ликвидировать татарскую нацию, так как все учреждения работают на русском языке»,

  • «реально в Татарстане присутствуют два государствообразующих этноса — татарский и русский, что выражается в наличии двух государственных языков»,

  • «в связи с этнократической кадровой политикой, без знания татарского языка нельзя найти работу»,

  • «большое внимание уделяется татарскому языку из-за того, что были большие потери. Русским языком занимаются по всей России, а татарский язык возрождается».

В приведенных высказываниях можно выделить сферы, которые так или иначе затрагивает языковая политика: образование, культура, работа государственных органов, кадровая политика, программа реализации «Закона о татарском языке в Республике Татарстан».

Один из наиболее выраженных каналов формирования общественного мнения по поводу национальной политики — это опосредованное влияние средств массовой информации, которое является одной из наиболее наглядных сфер языкового взаимодействия. Здесь мы находим свои особенности, сравнивая состояние русской и татарской культуры.

В контексте отмеченного несомненный интерес представляет анализ татароязычной прессы, проведенный Л.В. Сагитовой4, поскольку здесь наиболее полно выражены ценностные ориентиры татарской элиты, а также отражено ее участие в политическом и социальном творчестве.

Второй по частоте звучания после темы защиты суверенитета стала проблема функционирования татарского языка на территории республики. Значительный пласт языковой проблематики был представлен в ходе сравнительного анализа формирования новой языковой политики нескольких республик РФ, в число которых был включен Татарстан. Авторы подробно рассматривают условия формирования языковой политики и реакцию представителей титульной национальности, ее различных элитных групп и массового читателя, занимаемые им позиции, а также сопряженность идеалов и представлений о должном и желанном с реальной этноязыковой ситуацией. При этом татароязычная пресса оказывается  важным источником, так как она, ориентированная на «свою» татароязычную аудиторию, во многом избавляет авторов публикаций от оглядки на восприятие их позиции другой этнической группой в республике — русскими. По результатам исследования 1994 г. Л.В. Дмитриенко, в Татарстане лишь 1,1% читает на обоих языках.

В принятом в 1992 году «Законе о татарском языке в Республике Татарстан» провозглашается равенство статусов татарского и русского языков. Однако декларируемое равноправие и реальная ситуация функционирования двух языков на территории республики далеко не совпадают. Анализ прессы показывает, что интеллектуальная элита и читатели всерьез озабочены тем, что принятый закон о языке не работает в полную силу. Разработанная в связи с этим государственная программа была призвана поднять татарский язык до уровня государственного. Она была предложена для обсуждения депутатскому корпусу.

Сущность депутатской позиции раскрывает писатель Р. Валеев, являющийся председателем Комитета по национальной культуре Верховного Совета РТ. Нежелание многих депутатов принять обсуждающуюся программу он объясняет неудобством для них ведения дел на татарском языке, так как все законы и соглашения написаны на русском языке. Это явилось причиной того, что принятый закон о языке не получил должного воплощения в сфере деятельности государственных учреждений. Судя по редакционной почте, для читателей это представляет в большей степени практический интерес. Например, сельский житель, обращаясь в суд, многое не понимает в ходе судебного разбирательства из-за незнания русского языка. Интеллектуальной элитой этот факт рассматривается с точки зрения ущемления прав ее этнической группы и неуважения к национальным ценностям. Представители политической элиты поднимают вопрос о недостаточном финансировании программы.

Первые шаги, связанные с введением программы в жизнь, обсуждались на страницах печати, среди них: обучение татарскому языку на всех ступенях государственного образования (детские сады — школы — техникумы — вузы), открытие в каждом учебном заведении республики кафедр татарского языка. Для татарской диаспоры представляется важным вопрос об увеличении объема программ на татарском языке по телевидению и радио, а также о возможности принимать эти передачи на более далекие расстояния. Принятое в марте 1993 года Постановление «О языке народа Татарстан» было призвано способствовать решению кадровой проблемы.

Наиболее эмоционально заряженным оказалось обсуждение закона об образовании на татарском языке. Основная ось напряжения пролегла между восприятием национальной элитой имеющейся системы советского образования, ориентированной в основном на национальные ценности русского народа, и стремлением создать ей противовес в лице национальной школы, утверждающей соответственные этнические ценности.

Основными недостатками русскоязычной школы для детей-татар, по мнению авторов публикаций, являются: воспитание детей, забывающих свою нацию, привитие им «русской психологии». Однако незнание русского языка детьми-татарами закладывает в них комплекс неполноценности, что впоследствии влияет на качественные характеристики нации - среди татар много неквалифицированных работников. Позиции гуманитарной и художественной интеллигенции сходны с позициями депутатов — сторонников национальной школы: «Только национальная школа может воспитать настоящих патриотов».

В связи с выработкой подходов к созданию своей национальной школы возникла проблема изменения существующей графической системы. У каждой из имевшихся у татар графических систем на сегодняшний день существуют свои преимущества. Арабская графика — это ключ к Корану, к культурному наследию народа и обеспечение связи с арабскими странами. Латинская графика — связь с Турцией, выход к западным компьютерным системами и к значительной части своего культурного наследия. На кириллице основано все информационное пространство как на татарском, так и на русском языках в самой республике и в Российской Федерации.

Как правило, вопросы, связанные с изменением графики, чаще всего поднимает татарская гуманитарная интеллигенция. Анализ публикацийвыявил перевес сторонников перехода на латинскую графику. Мотивационное поле содержит следующие позиции:

  • возможность сближения с народами родственной культуры,

  • повышение престижа татарского языка,

  • возможность включения в западную компьютерную систему,

  • овладение технологиями развитых стран.

Не последнюю роль играет фактор становления новой идентичности, включающий в себя попытку утвердить свое отличие от русской культуры.

Судя по реакции национальной элиты на языковую ситуацию в целом, необходимо отметить, что потребность в своей легитимности остается актуальной для татарской части населения республики.

Поскольку объем сфер функционирования татарского и русского языков не совпадают, это является причиной сохраняющейся напряженности у той части населения республики, которая чувствует себя ущемленной в правах. В свою очередь это стимулирует требования приоритетного официального статуса для татарского языка со стороны радикальных национальных движений.

По мнению Л.В. Сагитовой6, русская культура оказалась в более выгодном положении по сравнению с татарской. В первую очередь это касается языка. Если русский язык функционировал как государственный и был основным языком всех коммуникаций, то татарскому постепенно была отведена роль бытового языка, и, кроме того, несколько смен алфавита сделали недоступным для последующих поколений владение культурным наследием татарского языка.

Поэтому когда мы говорим о национальном возрождении и отношении русской и татарской нации, мы не должны забывать, что для русских так называемое «возрождение» является продолжением культурных традиций, которые сохранились, и больший акцент делается на раскрытии запрещенного или установление истины в тех случаях, когда она была искажена (реставрация, развитие того, что осталось). Задача облегчается тем, что язык всего культурного наследия русского народа не утерян. У татар ситуация сложнее. Для них это на самом деле «возрождение», причем с той точки, на которой было заморожено ее культурное развитие, — это 20-е годы нашего столетия.

Помимо всего прочего, нации предстоит заново открыть, расшифровать оставленное предками культурное наследие, преодолеть языковой барьер, параллельно восстанавливая язык на массовом уровне.

На этом фоне в республике начинают ярко звучать идеи реформирования языка, придания ему нового статуса. Вопрос о реформировании языка, смене графики алфавита имеет давнюю предысторию и поднимался не один раз. За всю историю существования татарской письменности алфавит претерпел множество трансформаций, и сегодня, во времена активного национального возрождения, эта тема вновь зазвучала.

До 60-х годов XIX века среди волго-уральских татар господствовал старотатарский литературный язык («тюрки»), близкий к чагатайскому (староузбекскому) литературному языку, но испытавший определенное воздействие османского языка, а также местных диалектов. В нем присутствовало большое число заимствований из арабского и персидского языков. Все это делало старотатарский литературный язык малопонятным для народных масс, и он использовался, как и другие литературные языки донационального периода, тонким слоем ученых, писателей, религиозных и государственных деятелей. Но ближе к середине ХIХ века некоторые из образованных татар начали осознавать необходимость нового литературного языка. Начиная с 1905 года, появилось большое число газет и журналов на татарском языке, который все более демократизировался. Татары, в условиях отсутствия государственности, весьма остро ощущали необходимость в едином языковом пространстве, способном обеспечить этническую (этнокультурную) консолидацию. Научное направление, научные термины в татарском языке больше развивались на своей собственной языковой почве — русский язык даже в 1920-х годах оказывал весьма слабое воздействие на этот процесс.

Джадидистское движение сделало большие успехи в деле реформы мусульманских школ: вводились светские науки, русский язык.

Во второй половине ХIХ века — первых десятилетиях ХХ сложился современный татарский литературный язык, и были решены вопросы письма на этом языке (вначале на основе арабского, затем латинского алфавита).

Однако до 1917 года не могло быть и речи о признании официального статуса татарского языка в России. 22 июля 1917 г. была провозглашена национально-культурная автономия мусульман внутренней России и Сибири. Согласно «Основам национально-культурной автономии», язык «тюрки», то есть татарский язык, был объявлен «равноправным с русским языком». Он должен был применяться «на территориях, где живут тюрко-татары», во всех школах для детей татар, в судах первой инстанции, во всех административных учреждениях. Прежний статус русского языка не отрицался.

Декретом ВЦИК и СНК ТатАССР 1921 г. татарский язык был объявлен «обязательным во всех государственных советских учреждениях», т.е. государственным языком. При этом согласно декрету русский язык должен был быть в республике «на правах государственного наравне с татарским».

В 20-е годы в СССР возникло так называемое языковое строительство в связи с реализацией принципов ленинской национальной политики. По своему происхождению оно тесно связано с понятием «национально-культурное строительство» и не имеет аналогов в истории языковой жизни других стран мира. Программа направлена на развитие языков народов СССР. В нее входило установление полного равноправия языков и народов, развитие родных языков, национальных литератур и культур, в первую очередь, у отсталых в прошлом народов. Среди постановлений Х съезда в 1921 г. мы читаем: развитие действующих на родном языке судов, администраций, органов хозяйства, органов власти, прессы, театра, школы, клубного дела. В 1980-х годах централизованное языковое строительство прекратилось. Внедренная ранее в алфавиты многих народов кириллица стала заменяться латиницей, среди мусульманских народов стал возрождаться арабский язык как язык культа и т.д.

Сегодня многие вопросы открыты и вызывают большой резонанс в периодической печати: подготовка учительских кадров для обучения детей на родном языке; введение татарского языка для детей-татар в русскоязычных школах, открытие татарских школ с ведением всех предметов на татарском языке. К этим проблемам прибавилась новая: проблема возрождения татарского алфавита, претерпевшего множество изменений (переход от арабского шрифта на латинский, а затем на кириллицу), что породило множество трудностей, связанных с произношением татарских слов, а также отсекло все культурное наследие татарского народа. В связи с этим актуализировалась проблема восстановления языка, национальных традиций, обычаев, культуры татарского народа.

Сегодня уровень владения родным языком в Татарстане достаточно высок: по данным переписи населения7, в 1989 году 96,6% татар владели родным языком, хотя этот показатель и уменьшился на 2,1% по сравнению с 1970 г. Объяснением этому может стать увеличившееся количество смешанных браков (доля национально-смешанных семей в целом по Татарстану в 1979 г. составляла 11%, в 1989 г. — 16%).

По результатам исследования НИЦ «Регион» в Ульяновской области, пограничной с ТатССР, где 13% населения — татарское, уровень владения родным языком достаточно оптимистичен (среди респондентов не оказалось ни одного, кто бы не понимал родную речь). Это еще раз выступает свидетельством того, что язык является наиболее важным этноопределителем.


Таблица 2. Уровень знания татарского языка (в процентах от числа ответивших)
  Доля респондентов
В целом по выборке татар Татары
Город Село

Понимаю, свободно разговариваю, могу читать и писать

59

54

64

Понимаю, свободно разговариваю, но пишу и читаю с трудом

31

31

30

Понимаю, но не могу говорить

9

15

4

Совсем не владею русским языком

0

0

0

число ответивших

360

173

181

В 1960-80 годы интенсивное приобщение нерусских народов, в том числе и титульных этносов автономных республик, к русскому языку и культуре не стимулировало русских к освоению языков и культур этих народов. Основным языком межнационального общения в республиках СССР стал русский, что обусловило активное распространение и функционирование русского языка в образовательной, политико-экономической, да и бытовой сферах. Все это определило двуязычные национальные отношения, когда стало нормой употребление в контактах с другими людьми двух языков, один из которых — «родной» язык, усвоенный в раннем детстве, другой — язык внесемейного общения с иноэтническими (иноязыковыми) группами, чаще всего основной язык межнационального общения — русский. Нередки случаи, когда дети, выросшие в этнически смешанных семьях, становятся двуязычными с раннего детства. Явление двуязычия (билингвизм) распространено в мире достаточно широко, по существу, во всех районах территориального смешения национальностей, особенно — в городах. По результатам переписи населения, среди нерусского и нерусскоязычного населения доля владеющих русским языком выросла в Российской Федерации к 1989 году до 84%.

Это определялось несколькими обстоятельствами. По мнению Л.В. Дмитриенко, существует принципиальное различие между национально-русским и русско-национальным двуязычием. Суть его состоит в том, что в едином языке межнационального общения были заинтересованы все этносы России. Совсем иначе складывается потребность русских в знании второго языка. Немаловажную роль играет и степень языкового родства, так называемое «национально-языковое пограничье», которое определяется сосуществованием разных этноязыковых групп.

Распространение второго языка среди русского населения и формирование на этой основе русско-национального двуязычия происходили под влиянием разнообразных факторов. Исключительное место среди всех факторов по степени воздействия на распространение двуязычия занимает этническая микросреда. Действие окружающей среды на овладение языком другого народа особенно велико в раннем возрасте. Первая группа факторов — коммуникативная, вторая группа факторов связана, как правило, с системой образования. Их влияние устойчиво, но не столь эффективно, особенно среди русского населения, где «вклад» первых факторов был более существенным. С другой стороны, именно через систему организованного обучения шло приобщение титульных этносов к русскому языку. Согласно переписям населения разных лет, русские чаще татар признают родным язык, совпадающий с их национальностью. Этот показатель подтверждается и сегодня результатами опроса, проведенного НИЦ «Регион»: татарское население Ульяновской области реже называет татарский язык родным, чем русское население называет русский язык (Табл. 3).


Таблица 3. Какой язык Вы считаете родным? (в процентах от числа ответивших)
 

Доля респондентов

 

В целом по выборке

Татары

Русские

  Город

Село

Город

Село

Русский

54

9

3

99

98

Татарский

47

91

98

2

1

число ответивших

737

174

183

195

178

В 1994 г. на вопрос анкеты «Каким языком вы свободно владеете?», исследователиполучили следующие ответы: в Татарстане 98,9% русскоязычного населения владело только русским языком. Двумя языками (татарским и русским) и только татарским не владел никто. В 1996 г., согласно результатам опроса Р. Мусиной9, количество русских респондентов, владеющих татарским языком, составляет чуть более 2% от числа опрошенных. Среди молодежи титульной национальности наблюдается большое распространение русского языка, язык только своей национальности употребляется значительно меньше, чем русский или оба языка. В Татарстане только татарским языком свободно владело 23,3%, русским — 39,7%, обоими — 37,1%.

Результаты опроса татарского населения Ульяновской области, проведенного в 1997 г НИЦ «Регион», говорят об относительно низком уровне возможности и потребности в чтении периодической и художественной литературы на родном языке при общем относительно высоком уровне владения языком (Табл. 4).


Таблица 4. Как часто Вы читаете литературу — газеты, книги, журналы — на татарском языке? (в процентах от числа ответивших)
 

Доля респондентов

 

В целом по выборке татар

Татары

  Город

Село

Газеты

Постоянно

12

6

12

Часто

11

11

11

Иногда

40

42

40

Никогда

35

40

35

Трудно сказать

3

1

3

Книги

Постоянно

3

2

3

Часто

10

11

10

Иногда

36

36

36

Никогда

47

48

47

Трудно сказать

5

4

5

Журналы

Постоянно

2

2

2

Часто

10

12

10

Иногда

36

36

36

Никогда

47

46

47

Трудно сказать

5

4

5

число ответивших

360

173

181

Речевое поведение во всех сферах жизни обуславливается, главным образом, языком обучения, который чаще используется языком общения.

По данным переписей населения видно, что за десятилетие почти на 10% увеличилось число людей среди титульных национальностей, считающих язык своей национальности родным, в то же время увеличилось и число лиц, владеющих русским языком как вторым, что особенно явно выражено у молодежи.

Среди причин перехода на инонациональный язык у татар можно назвать следующие10: 

  1. объективные факторы активного распространения и функционирования русского языка, политико-экономические причины, межреспубликанские связи, которые осуществляются на русском языке;

  2. преимущественное обучение на русском языке привело к утрате родного языка уже через 2-3 поколения;

  3. распространение в республиках межнациональных браков, где часто супруги и дети титульных национальностей признают родным русский язык.

Указанные причины перехода татарского населения на инонациональный язык предопределили особое место образовательных программ в комплексе мероприятий национального возрождения. В Татарстане русские обучались только в русских школах (100%). Процент окончивших русские школы у татар тоже очень высок — 71%. Среди татарской молодежи большая доля людей окончила школу на родном языке (19,8%). В основном, это мигранты из сел республики, которые посещали национальную школу. На начало 1991-92 учебного года в национальных и смешанных школах обучалось на родном (нерусском) языке 121,9 тыс. школьников (21,4% от общей численности). В республике значительна доля дошкольных учреждений, ведущих работу на родном языке, — 34,8% (846 человек — в абсолютных числах).  Из них 98% (830 человек) находятся в сельской местности. В связи с расширением сети национальных школ в республике, татарских школ в других регионах Российской Федерации, с усилением внимания к изучению родного языка, на первый план выдвигается проблема подготовки педагогических кадров. В настоящее время 3 вуза готовят учителей для школ с родным языком обучения. 10 из 12 педагогических училищ готовят преподавателей и воспитателей на родном языке, в основном это татарский язык.

Выявить установку на изучение языка титульной национальности нам помогал прогностический вопрос программы интервью о желательном языке обучения для детей. Предполагалось, что на детей переносились уже осознанные родителями как необходимые перемены в культурно-языковой сфере. Общая ориентированность русских респондентов на изучение детьми языков титульных национальностей была достаточно высока. Большая доля опрошенных русских в Татарстане (68%) выразили желание обучать своих детей на татарском языке. Положительный симптом свидетельствует о понимании молодыми людьми необходимости и перспективности взаимодействия культур и языков соседствующих друг с другом этносов. В условиях роста этничности татар, когда и татары-горожане все активнее стали использовать свой национальный язык, русская часть населения почувствовала определенный дискомфорт. Но действие этого фактора, возможно, со временем снизится, учитывая направление национальной политики в республике, в том числе и в сфере языка, и наметившаяся тенденция изменения отношения к татарскому языку со стороны русских (более 70% русских горожан и 92% сельчан хотели бы, чтобы их дети владели татарским языком). Использование этих языков их детьми дает больше возможностей для интеграции в данном обществе и в какой-то степени для бесконфликтного сосуществования.

По результатам опроса, проведенного в Ульяновской области, подавляющее большинство респондентов хотело бы обучать своих детей в школах с обязательным изучением татарского языка, что еще раз служит подтверждением тому, что язык — это важнейшая этнокультурная ценность, которую стремятся сохранить в своей национальной группе, передать поколениям, обеспечить будущее, в котором бы не прерывалась передача культурного наследия, достояния нации.


Таблица 5. На каком языке Вы бы хотели обучать своих детей? (в процентах от числа ответивших)
 

Доля респондентов

В целом по выборке татар

татары-город

татары-село

на татарском

9

7

11

в начальных классах на татарском, в старших на русском

8

6

10

в 1-9 классах на татарском, в 10-11 на русском

2

2

3

на русском, с обязательным изучением татарского

63

62

64

на русском

14

22

6

трудно сказать

4

2

7

число ответивших

358

172

180

В 1994 г. в интервью Л. Дробижевой один из руководителей Татарстана сказал: «Главный документ, связанный с национальной политикой, — это «Закон о языке» и его реализация». Билингвизм в республике пока имеет односторонний характер: среди русской части опрошенного населения владеет татарским языком чуть более 1%. В это же время по результатам опроса 87,4% русской молодежи в Татарстане не одобряли идею придания языку титульного народа статуса государственного. Но надо сказать, что всего 8,6% татар предпочли рассматривать титульный язык в качестве единственного государственного языка.

Усугубляет негативное отношение к этому акту и то, что изменения в статусе языка отражают произошедшие в этническом сознании изменения в оценке и самооценке престижа, статуса и притязаний, в основном, титульной этнической группы населения в рамках полиэтнического образования. К тому же государственный язык связывает пройденный этап с последующими процессами: введение статуса гражданства, расстановка национальных кадров, осуществляемая преимущественно не по принципу уровня компетенции работника, а руководствуясь фактом его национальной принадлежности.

При отсутствии принуждения большинство русскоязычного населения проявляет позитивные установки в отношении изучения языка титульной национальности. Важным стимулом для овладения языком титульной национальности для русских в ближайшее время станет необходимость знания этого языка для возможности получения работы в ряде престижных сфер.

В такой ситуации велика вероятность распространения этнократических тенденций. Это отмечают в своих интервью представители руководства республики11. Элементы этнократии проступали в той или иной степени в союзных и автономных республиках СССР, созданных для обеспечения наиболее благоприятных условий экономического и  языково-культурного развития определенного («титульного») этноса. Но в ситуации признания суверенитета эти тенденции выступают угрозой бесконфликтному межнациональному сосуществованию.

Разделенность татарской нации на русскоязычную и татароязычную части повлекла за собой формирование соответствующих элит. По мнению Л.В. Сагитовой12, русскоязычная элита включает в себя представителей инженерно-технической, естественно-научной, художественной и гуманитарной интеллигенции. К татароязычной части относятся: политическая и большая часть гуманитарной и художественной элит. Как показали исследования, общественно-политическая трансформация и, как ее следствие, смена общественно значимых ценностей, выдвигает на первый план те группы элиты, которые непосредственно связаны с выработкой идеологии: политическую, гуманитарную и художественную. В Татарстане большая часть этих групп, а политическая почти полностью, формируется из представителей татароязычной части бывших сельчан, которые ориентированы на традиционные ценности и стремятся сохранить преемственность с дореволюционной татарской интеллигенцией. В данной ситуации вопрос о государственном языке (программа реализации «Закона о языке») напрямую затрагивает жизненные интересы русскоязычной части интеллигенции, ученых, руководящего звена, а также представителей титульной национальности (большинство татар, играющее ведущую роль в инженерном деле, технике, а также медицине — это коренные горожане, которые получали образование на русском языке. Их профессия не требует, или почти не требует глубоких знаний родного языка).

По мнению Р.М. Ахметовой13, как сама нация разделена на русскоязычную и татароязычную части, так и ее руководящий слой можно дифференцировать на соответствующие когорты. В преодолении подобной дискретности — залог успешного развития нации. Для этого элита обязательно должна сформировать единую шкалу общественных ценностей в единый комплекс целей, предпочтительных для всего этноса в целом.

  1. См.: Дмитриенко Л.В. Установки и реальное языковое поведение молодежи в республиках Российской Федерации (на примере Татарстана и Северной Осетии) // Суверенитет и этническое самосознание: идеология и практика / Под ред. Л.М. Дробижевой. М., 1995.

  2. См.: Дробижева Л.М. Говорит элита республик Российской Федерации. М., 1996.

  3. Там же.

  4. Сагитова Л.В. Республиканская пресса как фактор формирования национального самосознания в Татарстане в современных условиях // Суверенитет и этническое самосознание: идеология и практика / Под ред. Л.М. Дробижевой. М., 1995.

  5. См.: Сагитова Л.В. Республиканская пресса как фактор формирования национального самосознания в Татарстане в современных условиях // Суверенитет и этническое самосознание: идеология и практика / Под ред. Л.М. Дробижевой. М., 1995.

  6. См.: Сагитова Л.В. Исторические корни и особенности идей национального возрождения у русских и татар // Современные процессы в республике Татарстан. Казань, 1992.

  7. Многонациональный Татарстан (информационно-справочный материал) / Под ред. И.В. Терентьевой. Казань, 1993.

  8. Дмитриенко Л.В. Установки и реальное языковое поведение молодежи в республиках Российской Федерации (на примере Татарстана и Северной Осетии) // Суверенитет и этническое самосознание: идеология и практика / Под ред. Л.М. Дробижевой. М., 1995.

  9. Мусина Р.Н. Республика Татарстан: межэтнические отношения, этничность и государственность // Суверенитет и этническое самосознание: идеология и практика / Под ред. Л.М. Дробижевой. М., 1995.

  10. См.: Дмитриенко Л.В. Установки и реальное языковое поведение молодежи в республиках Российской Федерации (на примере Татарстана и Северной Осетии) // Суверенитет и этническое самосознание: идеология и практика / Под ред. Л.М. Дробижевой. М., 1995.

  11. Дробижева Л.М. Говорит элита республик Российской Федерации. М., 1996.

  12. Сагитова Л.В. Республиканская пресса как фактор формирования национального самосознания в Татарстане в современных условиях // Суверенитет и этническое самосознание: идеология и практика / Под ред. Л.М. Дробижевой. М., 1995.

  13. Ахметова Р.М. Элита татар. К постановке проблемы // Современные процессы в республике Татарстан. Казань, 1992.