Центр изучения молодежи Поколения.net Субкультуры и жизненные стили Международный фестиваль социальной рекламы Виноградарь Бизнес-исследования и консалтинг
Найти
КАЛЕНДАРЬ

Ноябрь 2017

НЕД. 1 2 3 4 5 6
ПН 6 13 20 27
ВТ 7 14 21 28
СР 1 8 15 22 29
ЧТ 2 9 16 23 30
ПТ 3 10 17 24
СБ 4 11 18 25
ВС 5 12 19 26



Клуб Московской Школы Политических Исследований



Центр молодежных исследований ГУ-ВШЭ в Санкт-Петербурге

Н. Гончарова. Гендерные аспекты трудового поведения молодых специалистов на рынке труда


Развитие рыночных отношений в России оказало значительное влияние на все сферы общества, в том числе и на сферу труда. Следствием изменений в деятельности государственных, коммерческих, общественных организаций стал рост безработицы среди молодых специалистов. В условиях сокращения рабочих мест выпускники учебных заведений, не имеющие достаточного опыта практической работы, оказываются на рынке труда одной из наименее конкурентоспособных социальных групп.

Выпускники российских вузов и техникумов 1999 г. представляют собой возрастную группу, основная фаза социализации которой пришлась на период становления рыночных отношений. Поколение 1977-1980 годов рождения получило не только новый опыт образования и профессиональной подготовки, но и вступает в жизнь при сокращении шансов на трудоустройство. С точки зрения рынка труда молодые специалисты являются первоначально входящими в эту сферу, к которой они не адаптированы, в том числе из-за отсутствия опыта практической работы.

Молодежь вступает в трудовую жизнь с ориентацией не на производственный опыт, который у нее отсутствует, а на установки, усвоенные в процессе обучения и в родительской семье. В современных условиях это одна из наименее социально-защищенных групп. Даже несмотря на наличие работы, собственной семьи они остаются материально зависимы от родителей. В то же время данная группа является одной из наиболее амбициозных, имеющих высокий уровень притязаний. Эта амбициозность частично оправдана наличием определенного образовательного и профессионального потенциала, возможности реализации которого существенно ограничены.

Несмотря на то, что специфика изучаемой группы определяется ее внутренней неоднородностью (по уровню образования, опыту работы, полу, возрасту, профессии, варианту трудоустройства), можно утверждать, что по этим социальным характеристикам юноши и девушки находятся в равных условиях. Но в одинаковых стартовых позициях уже видна некоторая гендерная специфика трудового поведения. Сразу после окончания учебного заведения сложно говорить о сформировавшихся моделях поведения выпускников на рынке труда. В некоторых случаях речь может идти только об уровне ожиданий той или иной стратегии, пока не реализованной в конкретном трудовом поведении.


Новые ограничения рынка труда и поведенческие дихотомии

Современная ситуация рынка труда накладывает свои ограничения на поведение молодых специалистов. Причем эти ограничения в равной степени значимы как для мужчин, так и для женщин. Нами были выявлены поведенческие дихотомии выпускников вузов и техникумов на рынке труда, которые дают возможность увидеть некоторую гендерную специфику их реализации в трудовом поведении молодежи.


«Работа по профессии или работа по потребности»

На смену «профессиональной стабильности» (реализованной в модели родительского поведения) приходит «профессиональная гибкость», т.е. способность к адаптации на рынке труда (смене профессии, работе не по специальности, получению дополнительного образования и пр.). Все большая часть выпускников готова работать не по специальности, полученной в вузе (техникуме).  «В принципе, работа абсолютно не по специальности, но работа нравится» (Ж). «Если что-то появится, если что-то найду подходящее, даже задумываться не буду» (М).

Спустя полгода у вчерашних выпускников несколько меняется ориентация на переобучение. Если среди ориентированных на высшее образование (как первое у выпускников техникумов, так и второе у выпускников вузов) в равной степени представлены и юноши, и девушки, то реально свои шансы девушки оценивают ниже. Если работать и учиться одновременно, то у мужчин больше возможностей закончить образование. «У них времени больше. У них с этим проще» (Ж).

«Интервьюер: Вы же на юридическом хотели учиться?

Респондент: Хотела. Я что-то так подумала, у меня нет желания никакого абсолютно три года опять учиться, ездить, ребенок маленький» (Ж).

Как правило, мужчины, получая второе высшее образование, уже имеют конкретные варианты трудоустройства по этой новой специальности. Женщины стремятся получить дополнительное образование с расчетом на перспективу, рассматривая его как возможность повысить свой образовательный уровень. Для них это выступает своеобразной формой занятости. «С 1 сентября обязательно пойду учиться либо на экономический, либо на юридический как второе высшее. Это просто желание расширить кругозор. Я думаю, что это пригодится в жизни, это дает больше возможностей, пока ничего другое не обременяет: детей нет, семьи нет» (Ж). «Дополнительная специализация? По юридической линии. Это престижно, с одной стороны, а с другой - интересно это все для меня» (Ж).

Другие мотивы прослеживаются в отношении получения высшего образования после окончания техникума. И юноши, и девушки подходят к нему, как к необходимому условию успешного трудоустройства. «Наверное, через годик - все, поступать придется» (М), «Продолжение образования? Это для того, чтобы не ходить по уши в грязи потом на работе. Если я поступлю и закончу, я смогу смело работать мастером. Мастер - это уже власть какая-то. Ты уже будешь командовать, не тобой будут командовать. И деньги, и зарплата. Как говорится, не пыльно, но прибыльно» (М).

Подход к высшему образованию как к «камере хранения», т.е. возможности какое-то время не начинать «взрослую» самостоятельную жизнь характерен главным образом для девушек. «Вначале металась, хотелось работу найти, зарабатывать деньги. А потом поговорила с родителями, они сказали: «Пока учись». Пока мне дают такую возможность» (Ж).


«Стабильная зарплата или коммерческий риск»

Достаточно высокий уровень готовности выпускников к риску (стремление открыть свое дело, работать в коммерческой фирме) ограничивается возможностями как общего социально-экономического характера (политической и экономической нестабильностью в стране), так и отсутствием начального капитала для организации собственного дела, недостатком знаний, опыта и пр. При этом юноши демонстрируют большую готовность идти на коммерческий риск. «Надо менять сферу деятельности. Где-то через 3 месяца заняться все той же коммерцией, это сейчас очень выгодно. Приносит самореализацию и какую-то материальную базу» (М).

В целом можно сказать, что риск, занятие коммерческой деятельностью связаны главным образом не с основной работой, а с подработками.

У девушек преобладает ориентация на стабильность: «Даже не знаю, как на такую работу идти, я как-то боюсь идти. Вдруг не заработаешь, и что, останешься с носом?» (Ж). «Скорее всего, я откажусь, потому что не стабильный вариант. Частный предприниматель - он сегодня есть, а завтра нет» (Ж). «Конечно, большой плюс - стабильная зарплата. Я знаю, что мне не нужно куда-то идти, кого-то просить. Я же работала в частной организации, за каждой зарплатой нужно было ходить к директору, объяснять ей, что у меня нет денег на проездной, что мне обязательно зарплата нужна» (Ж).


«Запланированная карьера или ситуативное выживание»

Данная дихотомия строится по отношению к возможности молодыми специалистами планировать свое будущее. Специфика современной ситуации заключается в ее стабильной изменчивости и переносе центра тяжести с представления о последовательности служебного и профессионального роста на способы и приемы ситуативного выживания. Говорить о том, как проявится данная дихотомия в конкретном поведении молодых людей, пока сложно. Проблема карьеры поднимается ими достаточно часто, но уместно говорить только о стремлении к карьере. Причем это характерно как для юношей, так и для девушек.

Проблема выживания перед недавними выпускниками стоит еще не так остро. В тоже время во многом именно ситуация предопределяет поведение молодых специалистов. «Проработав в некоторых организациях, я начал осознавать, что пока молодой - сиди и не рыпайся. Старшие товарищи чаще всего будут тебя попридерживать» (М). «Работа, которую надо срочно поменять… В торговую деятельность, в коммерцию, создавать свое дело. Уходить вообще в другие сферы деятельность, иначе вообще потом придется зубы на полку» (М).

Для иллюстрации данного вывода мы не случайно использовали цитаты юношей. Можно сделать предварительное заключение о том, что к ситуационному выживанию на данном этапе трудовой биографии склонны в большей степени именно они. Принцип «хочешь жить - умей вертеться!» в интервью звучал достаточно часто, и только в отношении молодых мужчин. Отметим, что в ориентациях наших респондентов преобладает текущее и даже ситуационное, а не стратегическое планирование. «В принципе, так далеко я не заглядываю. Сейчас все равно ближнее будущее, скорее всего, меня интересует. А дальше по мере развития» (М).


«Родной» Ульяновск или «чужая» Москва»

Сегодняшние выпускники вузов являются достаточно мобильной группой в том плане, что ради успешного трудоустройства готовы ориентироваться на работу в других регионах. «Если не в этом регионе, то возможно в каком-то другом регионе с языком легче будет устроиться. Видно будет. Я надеюсь, что это поможет» (М). Достаточно сказать, что из 60 респондентов 5 человек сразу после окончания учебного заведения уехали работать в другие города. Среди оставшихся многие также хотели бы работать в другом регионе. Интересен тот факт, что ориентация идет не столько на Москву, сколько на другие города и на зарубежье. «У нас есть задумка по поводу работы за рубежом, т.е. Германия, Англия. Буквально сейчас. Это возможность несколько лет поработать. Ульяновск такой город, в котором… взять ту же Самару, рядом волжские города, в них гораздо больше спрос на специалистов-математиков и программистов. И что самое интересное - уровень зарплаты гораздо выше и уровень жизни выше» (Ж). «Такая вот обстановка начинает добивать. Потому что нормально работать или вот даже частным предпринимательством заниматься это уже… А у кого есть мозги, они, конечно, стараются отсюда уехать. Вот так все и катится (М). «Как раз против Москвы у меня есть некоторые предубеждения. Там дискриминация иногородних, просто настоящий шовинизм. Я думаю, замечательно было бы устроится где-нибудь в Питере или в Нижнем Новгороде. Мне такая перспектива больше нравится. Если где-нибудь в Ростове-на-Дону мне будут платить 5 тысяч, а в Москве - 10, я выберу Ростов-на-Дону» (М).


«Интересная работа или высокая зарплата»

На первом этапе исследования, когда выпускники опрашивались сразу после окончания вуза или техникума, мы почти не выявили данную дихотомию. Заработок тогда был важным, но не основным фактором в ориентациях выпускников. Спустя полгода мы уже могли говорить с большей уверенностью о том, что финансовые проблемы оказывают существенное влияние на поведение молодых специалистов. «Тут уж не столько зарплата, сколько интерес» (Ж). «Два варианта сейчас для меня: либо на не очень большую зарплату, но что мне интересно, и практика юридическая. Либо пусть даже первые несколько месяцев бесплатно поработать, если получится, потом в банковской сфере работать» (М). Модификация данной дихотомии в представлениях молодых специалистов выглядит следующим образом: «Перспективная работа или стабильная зарплата». «Перспектив никаких. Если бы не деньги. Здесь зарплату регулярно выплачивают» (Ж).

Выбор между интересной, перспективной или прибыльной работой встает перед недавними выпускниками все более остро. Найти хорошую, интересную работу с высокой заработной платой довольно сложно. «У кого-то интересная и неденежная, у кого-то такая же неинтересная, как у меня, но денежная» (М). «Мне нравится работать с детьми. Я хочу работать с детьми. Но работать за так? Извините!» (Ж). Особенно тяжело найти работу беременным женщинам: государственные учреждения принимают их неохотно, а частные фирмы отказываются трудоустраивать и предлагают поработать только до рождения ребенка: «Меня сразу спросили: «Не беременная?» Я говорю: «Ага, третий месяц уже». Они говорят, что ладно хоть призналась, а то одна у них устроилась и через месяц в декрет ушла. Меня не взяли. Беременной вообще тяжело устроиться. Ну, я тут хотела продавцом еще устроиться, но не на рынке, а так в магазине где-нибудь, тоже не получилось» (Ж).

Современный эпизод трудовой биографии характеризуется тем, что для большинства он рассматривается как полигон для апробации профессиональных навыков, умений. При этом материальные стимулы сдвигаются на второй план. Молодые специалисты на первых порах готовы потерять в зарплате, чтобы в последствии окупить это на новых местах работы. «В принципе, если там нужен юрист, я пойду дальше туда работать, пусть 500-1000 рублей даже платят. А если не юристом - посмотрим, что предложат, какую зарплату» (М). «Пусть сначала даже на 100 рублей, с перспективой всегда можно найти работу» (Ж).


«Семья или карьера»

Женская карьера воспринимается молодыми людьми чаще всего как конфликт с семейной жизнью. Представления о том, что семья и карьера - вещи несовместимые, распространено достаточно широко (особенно среди юношей). В тоже время все более важным как для юношей, так и для девушек становятся самоутверждение на работе, реализация профессиональных амбиций. Появляются новые идеи о женских карьерах. Например, в интервью прозвучала мысль о том, что по настоящему карьера женщины начинается после 35-40, когда она уже выполняет свое «предназначение», выполняет все социальные ожидания. «У меня достаточное количество знакомых женщин, которые в сорок лет начали свою карьеру, и сейчас к 43-45 годам они состоялись как деловые женщины. Это очень хорошо. Этот путь реализации женщины в профессиональном и личном плане более удобен. То есть сначала семья, муж, быт этот, а потом уже карьера. Не надо себя, скажем, отдавать полностью семье. Большой этот промежуток - двадцать лет после получения образования - это накопление знаний, опыта, чтобы потом реализовать все-таки» (Ж).

Позиции мужчины и женщины в семье определяются не только по отношению к «заработку». В тоже время стереотип о том, что мужчина должен зарабатывать больше, явно присутствует в сознании наших респондентов. Представления о роли женщины в семье достаточно противоречивы. В мужских мнениях преобладают стереотипы «жены - домушницы». В женских - значимость самостоятельности и независимости от мужа. Несмотря на устойчивые воспроизведения всех этих стереотипов, и юноши и девушки после окончания вуза или техникума в качестве первоочередной задачи ставят для себя именно поиск работы и завоевание определенного профессионального статуса. Женитьба и замужество отодвигаются временно на второй план. «До этого момента для меня самым главным была работа, потому что без работы, мне кажется, не выжить. Если имеешь работу, считай, уже полдела сделано. Конечно же, хотелось бы завести свою собственную семью, но я не знаю, как сложится» (Ж).


«Работа или дом»

Все без исключения респонденты категоричны в своем мнении, что работать нужно обязательно. Практически никакие условия или обстоятельства не могут, на их взгляд, побудить человека не работать - ни хорошие материальные условия, ни богатство партнера (партнерши), ни что-либо другое. «Хоть что-нибудь я бы делал. Это точно. Потому что мне кажется, что человек не может не работать. Общение человеку нужно. Как-то по-другому человек себя ощущает, когда работает. Не самооценка, не самомнение. Мне кажется, плохо будет человеку, если он будет чувствовать, что он ничего не делает в жизни вообще, просто так прожигает время» (М). «Работала бы, это однозначно, потому что дома сидеть, это я не знаю. Поболеешь маленько, дома посидишь, уже пятый угол ищешь в квартире. Нет, дома невозможно сидеть вообще» (Ж).

Интересно, что молодые женщины как-то особенно «ожесточенно» доказывают важность работы, возможно, заочно споря с представлениями о том, что у женщины притязания на работу могут быть более низкими, чем у мужчин, и они легче переносят ее отсутствие.

«Я всегда об этом говорила. Даже если у меня будет муж - супермиллионер, получу какое-то наследство, я не могу сидеть дома. Я ненавижу сидеть в четырех стенах, ничего не делать. Меня это убивает. Я могу весь день ничего не делать. Но это только день, максимум – два. Только мне это жутко надоедает. Я жажду деятельности. Кстати, так получится в жизни, допустим, будет такая ситуация, что я могу не работать, у меня будут деньги. Я пойду даже в школу, работать с детьми. Заниматься любимым делом. Пусть триста рублей, мне хоть сто рублей» (Ж).

«Если не работать, во всяком случае, это сидеть дома. Это никаких знакомых, никаких новых знакомств. Мне кажется, что это очень тяжело, и ты станешь как бы частью мебели в обстановке квартиры» (Ж).

«А что делать? Со скуки умрешь. Это тоже своеобразный отдых от отдыха. Не то, чтобы совсем уж развлечение, ну, просто чем-то надо заниматься в жизни» (Ж).

«Человек без дела не может жить. Человек должен работать, иначе полезет какая-нибудь дурь» (Ж).

«Я об этом много думаю, кстати… когда смотрю фильмы, когда показывают, что муж полностью обеспечивает жену, с одной стороны, хорошо, что у тебя нет никаких материальных проблем, ты живешь себе в удовольствие. С другой стороны, что можно целыми днями делать, если не работать? Хотя бы какую-то работу, но надо, иначе - с ума сойдешь» (Ж).

Подобное мнение разделяют и молодые мужчины. Но в их отношении к женской занятости все-таки прослеживается идея - «чем бы дитя ни тешилось, лишь бы не плакало». «Многие считают, что жена не должна работать. Жена должна работать. Она просто не должна уделять много внимания материальной стороне работы и должна найти такую работу, которая бы ей нравилась. Просто если жена будет сидеть дома, то человек просто свихнется от такой жизни. В конце концов это ничем хорошим не кончится. И в этом отношении проводить все время для себя, уделять все время каким-то своим удовольствиям и благам - это быстро надоест» (М).

В целом, согласно представлениям наших респондентов, для женщин работа является важнейшим способом социально-психологической коммуникации. В этой связи наибольшее значение для них имеют (в порядке убывания значимости) коллектив, общение, заработок, семья, самоутверждение и карьера. Для мужчин работа - это путь самоидентификации, удовольствие, заработок, профессиональная самореализация.


Гендерные аспекты трудового поведения молодых специалистов после окончания учебного заведения

Процесс профессионального самоопределения для большинства выпускников начинается не в момент выбора учебного заведения, а в более позднем возрасте, после окончания вуза или техникума, когда молодые люди оказываются перед необходимостью принятия самостоятельных решений. Именно на этом этапе перед ними встает вопрос: устраиваться по полученной специальности или менять сферу своей профессиональной деятельности.

«Вторичный» процесс профессионального самоопределения после окончания или незадолго до окончания вуза (техникума) для многих реализуется в стратегии получения дальнейшего образования. При этом если на первоначальном этапе выбора специальности преобладает влияние случайных, внешних факторов, то на этапе выбора второй профессии для продолжения образования ориентация идет в основном на саму профессию, профессиональное будущее. Таким образом, последующий выбор делается более осознанно, с учетом оценки своих возможностей на рынке труда, личных наклонностей и т.д.


Поиск работы

В половине случаев для наших респондентов поиск работы начался еще в студенческие годы. Для остальных активные поиски совпадают по времени с получением диплома. Несмотря на то, что основным является трудоустройство через родственников и знакомых, молодые люди и сами пытаются решать свою судьбу. Среди «активных» в равной степени представлены и юноши и девушки. К этой группе относятся не только те, кто ищет первые варианты трудоустройства, но и те, кто уже сегодня имеет работу и желает ее поменять. В этом случае, если для юношей ведущим и фактически основным является способ поиска работы через знакомых, родственников, то девушки наряду с этим активно используют и другие источники информации (центры занятости, биржи, объявления в СМИ и т.д.).

Поиск работы после окончания становится для молодых людей серьезной проблемой. Достаточно сказать, что 15 из 60 наших респондентов спустя полгода после окончания учебного заведения в силу тех или иных причин еще не работали. результаты исследованич позволяют говорить о  следующих типах поведения так называемых «безработных»:

  • Согласно «женской» модели поведения выходом (а иногда, наоборот, следствием) в данной ситуации является замужество, аспирантура или дальнейшая учеба. «Девчата - замужем. Большинство сидит дома. Есть девушки, которые ушли в аспирантуру» (М). «Если не получится, замуж выйду, уеду в деревню. Да нет, шучу. Не хочу я так» (Ж). «Будешь жить в деревне. А куда деваться, если там работа будет. Живут же люди и в деревне» (Ж).
  • Для мужчин - это аспирантура, подработки, временные места работы (чаще всего более низкой квалификации, например ночным сторожем) «Не работает, как все пацаны, где-то с кем-то крутится» (Ж). «У нас получается из 60 человек - 30 человек учатся дальше» (М).

Молодых женщин в этом плане отличает более целенаправленное отношение к новым возможностям. Если перевести это в русло различий в стратегиях, можно сказать, что женщины чуть в большей степени, чем мужчины ориентированы на долговременную перспективу. Как некий отголосок социальных ожиданий - их стремление заранее позаботиться о будущей жизни: о замужестве, детях, доме. В большей степени это характерно для девушек с низким социальным статусом и недостаточными социальными ресурсами (социальным положением родителей, образованием). «Я большую самостоятельность, конечно, приобрела. Я, чтобы помаду купить, у мамы не прошу деньги. Она тоже видит, что я деньги научилась более или менее нормально тратить, не на всякую ерунду. Сейчас, например, я коплю на приданое себе. У меня сейчас вроде как все есть. Само собой так получилось, что сумма небольшая откладывалась. Около тысячи у меня сейчас лежит. Просто мне сейчас ничего не надо покупать, у меня как бы прибавляется потихонечку. Я специально не ставила перед собой такой цели. Решали, на приданое пускай будет, куплю какой-нибудь чайник или сковородку. Именно себе. Вот, я все хочу утюг купить, но они дорогие такие стали» (Ж).

Среди недавних выпускников начинает прослеживаться модель трудового поведения «по инерции». По предварительным оценкам самих респондентов она - «женская». Данная модель поведения проявляется в трудоустройстве по стопам родителей, переносе ответственности за поиск работы на родственников и т.д. «В основном женский коллектив. В цехах много молодых. Может быть, просто идти больше некуда, может, просто родители здесь работают. Кто-то в общежитии живет» (М). «Меня сейчас папа пытается устроить на «Комету», у него знакомый есть. Пока я подожду с месяц, наверно. Посмотрю, что у него получится - не получится» (Ж).

Нами были выявлены следующие гендерные стереотипы трудового поведения на этапе поиска работы:


  • «Мужчинам легче найти работу».

    Как молодые люди, так и молодые женщины были практически единодушны в том, что при приеме на работу у мужчин больше шансов выиграть негласное соревнование. Главным аргументом является то, что женщины могут уйти в декретный отпуск. «Мне кажется, что мужчине все равно полегче найти работу, чем женщине. Их более активно берут. Просто как… на предприятии считается, что лучше взять мужчину, чем женщину. Женщина должна себя очень хорошо зарекомендовать» (М). Но чаще всего респонденты с подобной ситуацией пока не сталкивались. Если такое ивстречалось, то носило ситуативный характер, определенный скорее личностными особенностями работодателя и наемного работника. «Однозначно, юношам проще. Менталитет у нас такой, у нас молодых людей берут охотнее, нежели девушек. Постоянно бывает такое, что молодая девушка устроится работать, раз - и ушла в декрет, и все. А кто работать будет? Так рассуждают руководители предприятиймногих, с кем я беседовал» (М).

    При устройстве на работу у мужчин есть определенные преимущества даже в тех сферах, где традиционно преобладает женский состав: «Если придут два человека в школу, мужчина и женщина, с одинаковыми абсолютно знаниями, возможностями, трудовыми книжками, навыками, то, скорее всего, примут мужчину, т.е. это как бы редкость» (М).


  • Сложнее найти работу незамужним женщинам».

    В представлениях наших респондентов незамужних женщин на работу берут неохотно. Особенно сложно устроится в коммерческие структуры. В этом случае аргументом уже выступает сама возможность замужества и рождения ребенка. «Это сейчас мало кого устраивает. График работы у всех напряженный. Сейчас в основном каждый работает на себя. И терять работника даже на какое-то определенное время, брать временного, все это связано с какими-то организационными проблемами, никому не хочется» (Ж).


  • «К женщинам строже требования при приеме на работу».

    «Я вот сейчас столкнулась. Сначала в этот отдел милиции я проходила медкомиссию. И к женщинам там намного строже подходят. Не дай бог у тебя там в зубе дырка или еще что-нибудь. Ты не пройдешь уже. А мужчинам многое прощают. Не хотят брать женщин, потому что женщина - то в декрет, то еще что, дети болеют. Мужчина же не пойдет в декрет, на больничный. У меня муж говорит, у них на работе тоже терпеть не могут женщин поэтому» (Ж).


Адаптация на рабочем месте

За исследуемый период для многих выпускников прошел процесс первичной адаптации к условиям рынка труда, сопровождающийся накоплением опыта работы. Некоторые уже столкнулись с первыми проблемами и разочарованиями, связанными с конкуренцией, безработицей, правилами выживания и пр.

В ходе проведения интервью респонденты поделились с нами некоторыми наблюдениями относительно гендерной специфики распределения функциональных обязанностей в трудовых коллективах. По оценкам опрошенных, при равном положении мужчины выполняют интеллектуальную работу, аналитику, ведут переговоры и пр., женщины выполняют преимущественно бумажную, секретарскую работу. «Статусное положение у нас с ней в отделе равное. Но мне какую-то интеллектуальную работу дают, аналитику разную. В командировки меня больше посылают, договора заключать. А она больше занимается секретарской работой, бумажки, письма подготавливает» (М).  Некоторые юноши и девушки в своих интервью воспроизводили стереотип: «женщина на работе - это секретарь». «Приятно, когда приходят, шоколадки уже не для того, чтобы чисто подъехать, а чтобы попросить, чтобы я что-то сделала. Как вот бывает понятие секретарей, которым надо шоколадку дать, чтобы сделали что-то такое. Официально я милиционер роты ППС, а неофициально вроде как занимаюсь документацией» (Ж).

Если работа связана с командировками, ее чаще всего выполняют мужчины. Это прослеживается и в их собственных ориентациях. «Смотря на каких специальностях. Если это рекламные агенты – то, естественно, мужчины, потому что им надо мотаться по всему городу. Да и работа такая, связанная с общением. Если такая работа, как секретарь, то, естественно, понятно, женщины» (М).

Спустя полгода после окончания вуза (техникума) некоторым юношам удалось существенно укрепить, поднять свои статусные позиции в организации и добиться определенных успехов. Причем мужчины добиваются успехов даже на временной работе. Достижения девушек в этом плане существенно меньше. «Продвижение идет, и мне это очень нравится. Успехи? В основном это касается профиля работы. Выдвинул за полгода несколько предложений по поводу улучшения работы фирмы в экономическом плане. Предложения по большей части были поддержаны. Соответственно, я получил поощрение как в моральном, так и в материальном плане» (М). «Мне поступило предложение уйти на другую работу. Переманивают. Мне говорят: «Куда? На сколько? Зачем? Я тебя не отдам, ты сам нам нужен» (М).

По мнению молодых людей, дальнейшие перспективы для них на рабочем месте связаны не с личными достижениями, а с будущим отрасли, предприятия и прочими внешними факторами. «Рост, конечно, возможен, но у завода перспектив мало. Нужно и все это вообще?» (М). По оценке молодых специалистов, у мужчин на работе более широкие возможности и дальнейшие перспективы. «Перспективы там нет. Там сидят некоторые, можно сказать, всю жизнь на одном месте. Им дали третью категорию и все. А вообще там, в основном, все по мужской линии повышается» (Ж).


Подработка

Наибольшие гендерные отличия в поведении юношей и девушек были выявлены в отношении к подработкам и дополнительным заработкам. Юноши были более активными в подработках, чем девушки (эта тенденция прослеживалась еще во время учебы). Девушки, в свою очередь, предпочитали постоянные, стабильные места работы. Кроме того, и для юношей и для девушек подработка остается способом материальной поддержки своего существования. Но если для юношей в большей степени характерно стремление к независимости от родителей, а заработанные деньги являются практически единственным источником существования, то для девушек подработка рассматривается как возможность иметь свой самостоятельный источник дохода, наряду с существующим в родительской семье общим бюджетом. Можно говорить о том, что для юношей подработка является своеобразным способом выживания. «Подработки? Естественно были, то есть по принципу: хочешь жить - умей вертеться. Скажем так: купил - продал» (М)». «Сам стараюсь кое-где шабашку сорвать» (М).

При анализе интервью мы отметили следующее: работающие девушки чаще всего не подрабатывают, хотя по финансовым соображениям хотели бы это делать. «Я бы просто мечтала бы еще где-нибудь подрабатывать» (Ж). По их собственным оценкам, на это нет времени и сил. «Подработок нет: здесь не позволяют ни время, ни силы» (Ж). «Будет у меня время, я подработку обязательно найду, причем даже не по специальности что-нибудь найду» (Ж). «И времени не хватает, и сил не хватает» (Ж).


Армия

Как показали результаты нашего исследования, одним из основных факторов, определяющих мужские стратегии поведения на рынке труда, является армия. Все юноши, принимавшие участие в нашем опросе, были призывного возраста, и перед каждым из них тем или иным образом стояла проблема призыва. Трое из них на момент второго этапа интервью уже служили в рядах Вооруженных Сил. Группа потенциальных и реальных призывников интересна в том плане, что на ее примере мы можем наблюдать процесс изменения ценностных ориентаций и формирование новой модели «мужского» трудового поведения.

С одной стороны, необходимость идти в армию определяет пассивную позицию молодых людей в поиске работы в том случае, если нет возможности «откосить» от армии. Фактически «замораживается» процесс вхождения в трудовую жизнь. «И муж будущий ничего не зарабатывает. Ему придется в армию идти. У него осенний призыв, поэтому он не работает» (Ж). С другой стороны, фактор армии определяет трудовое поведение в отношении поиска таких мест работы, где дается освобождение от армии. В данном случае варианты трудоустройства существенно ограничиваются.

«У меня сейчас выбор: или в армию идти, или в милицию. Есть такая работа, много видов работ, куда можно было бы поступить, но оттуда в армию забирают. Там хорошо платят. Поэтому у меня сейчас один выбор остался – в милицию. Для ребят армия – это все» (М).

«Вообще-то у меня сейчас стоит вопрос с армиейочень строго. Поэтому я сразу стал искать такое место работы, откуда не берут в армию» (М).

«Кто места ищет, где не берут в армию, кто по здоровью. Тем более, это подтверждается еще и тем, что вот я пришел первый раз на сбор, повестку уже присылали, там человек 10 сидело. Из них, по крайней мере, 8 было ПТУшников, 1 – деревенский мальчик. Из нашего круга мало кто туда хочет» (М).

Эти выводы подтвердились как на первом, так и на втором этапе исследования.

«Если бы в аспирантуре не учился, мне бы пришлось в армию идти. А если не в армию, то в какие-нибудь правоохранительные органы» (М).

«До 15 сентября я там проработал. Там начали меня дергать с армией. В общем-то в коммерческих организациях такие люди не очень нравятся: только пришел работать - и уже раз, и на неделю, причем в оплачиваемый отпуск (посылали со здоровьем на обследование). Конкуренция там была жесткая. Ушел я оттуда» (М).

Армия является значимым фактором не только на этапе поиска работы. У ребят, которые уже служат в армии, обозначился достаточно интересный феномен так называемой «армейской стратегии» поведения: «Такое ощущение, что я здесь уже всю жизнь, больше нигде и не жил. Просто нет ни прошлого, ни будущего, потому что знаешь, что было сегодня, будет завтра, что будет послезавтра. Потому что все предсказуемо, по минутам расписано. И распорядок» (М).

С одной стороны, такое восприятие «заданности» жизни может создать определенные сложности при адаптации молодого человека на «гражданке». В ситуации нестабильного социально-экономического положения в стране такие ребята могут составить группу риска на рынке труда. С другой стороны, армейская стратегия поведения может сохраниться и транслироваться в другие модели поведения (например, в стремление жить «в струе», по инерции ит.д.).

Таким образом, важнейшим моментом для выбора стратегии поведения для молодых мужчин является необходимость службы в армии. Все без исключения респонденты говорили о своем стремлении избежать такого развития событий. Именно с учетом этой возможности строится их поведение на этот период.

Модели трудового поведения даже на умозрительном уровне не существуют в виде неких целостных, законченных картин, а, скорее, похожи на мозаику. В сознании молодых людей существуют достаточно устойчивые стереотипы «мужского» и «женского» на рынке труда, по таким ключевым моментам, как мужские и женские стартовые позиции при приеме на работу, возможности достижения успеха, мужские и женские карьеры и др. В отношении всех этих моментов существуют определенные представления о гендерных неравенствах.

В целом можно сказать, что период адаптации к рынку труда формирует специфические модели трудового поведения, основанные на восприятии нынешней работы в самых значимых для выпускников измерениях: продолжительности нахождения на данном месте, планировании карьеры, возможности приобретения профессионального опыта и социального статуса, материального положения и, соответственно, приоритетах в оценке значимости работы, стилевых характеристик жизни (развлечений, интереса, денег, власти, любви и т.д.).

  1. В статье используются результаты первых двух этапов лонгитюдного исследования «Гендерные стратегии занятости в России» (INTAS, грант № 97-20280, руководитель - доктор С. Ашвин), проведенных в 1999-2000 гг. на основе глубинных интервью среди 60 человек (30 юношей, 30 девушек) - выпускников высших и средних специальных учебных заведений г. Ульяновска.