Центр изучения молодежи Поколения.net Субкультуры и жизненные стили Международный фестиваль социальной рекламы Виноградарь Бизнес-исследования и консалтинг
Найти
КАЛЕНДАРЬ

Ноябрь 2017

НЕД. 1 2 3 4 5 6
ПН 6 13 20 27
ВТ 7 14 21 28
СР 1 8 15 22 29
ЧТ 2 9 16 23 30
ПТ 3 10 17 24
СБ 4 11 18 25
ВС 5 12 19 26



Клуб Московской Школы Политических Исследований



Центр молодежных исследований ГУ-ВШЭ в Санкт-Петербурге

Islam in Post-Soviet Russia. Public and private faces


Dmitrii Makarov, Rafik Mukhametshin, Elena Omelchenko, Hillary Pilkington, Gusel Sabirova, Galina Yemelianova Islam in Post-Soviet Russia. Public and private faces

edited by Hilay Pilkington and Galina Yemelianova

RoutledgeCurzon, London and New York, 2003, 307p.

Галина Емельянова, Дмитрий Макаров, Рафик Мухаметшин, Елена Омельченко, Хилари Пилкингтон, Гюзель Сабирова
Ислам в постсоветской России: от публичного к частному

Под ред. Хилари Пилкингтон и Галины Емельяновой

В данной книге, написанной по результатам широкомасштабного исследования[1], анализируются политические, социальные и культурные последствия распространения ислама в постсоветской России. Изучая ситуацию на примере Татарстана и Дагестана, где особенно высока численность мусульманского населения, авторы прослеживают долгую историю сосуществования в России ислама и православия, дают оценки недавним изменениям этно-религиозных идентичностей в сторону большей автономии и дифференциации, рассматривают роль ислама в повседневной жизни локальных сообществ. Различия между официальными и неофициальными версиями ислама показаны на примере того, как в действительности совершаются или не совершаются обряды и ритуалы, каким образом ислам передается от поколения к поколению, какое значение имеет в настоящее время религиозная исламская мысль, включая идеи радикальных сект, а также как воспринимаются роли мужчин и женщин.

В целом, книга демонстрирует, насколько сильно советская и российская многонациональная среда повлияла на развитие ислама в России.

В первой главе Галина Емельянова прослеживает основные вехи истории ислама в России. Центральным для понимания его специфических черт, как полагает автор, является осознание того, насколько глубоки корни ислама в нашей стране. Г. Емельянова утверждает, что Россия имела особые отношения с исламским миром, отличные от тех, что существовали между Западом и мусульманскими странами.

Во второй главе, написанной тем же автором, акцент смещается в сторону изучения включенности ислама и исламского национализма в политические структуры. Анализируется роль мусульманской элиты в процессе принятия политических решений, рассматривается насколько сильно влияет ислам на законодательную и исполнительную власть в исследуемых республиках, как официальная реинституционализация исламских праздников и обычаев воспринимается общественным сознанием. Затрагиваются вопросы этно-политических последствий активного развития исламской идентичности в многонациональной стране, значения ислама в формировании официальной национальной идентичности и выстраивании отношений с другими государствами и народами, также рассматриваются проблемы использования ислама в создании национальной «мифологии».

В третьей главе Рафик Мухаметшин и Дмитрий Макаров анализируют реакцию мусульманского духовенства на религиозную либерализацию и идеологическую неопределенность в постсответский период. В данной главе рассматривается организационная структура региональных и местных исламских духовных организаций Татарстана и Дагестана. Изучаются мнения местных чиновников относительно возрождения исламских традиций, степень реисламизации татарского и дагестанского обществ, а также официальные интерпретации роли государства в данном процессе.

В четвертой главе, авторами которой являются Елена Омельченко и Гюзель Сабирова, приводятся критерии, сформулированные самими мусульманами из Татарстана и Дагестана для определения «верующих» и «неверующих». Авторы главы сопоставляют данные по самоидентификации с социально-демографическими характеристиками населения двух республик, а также с меняющимся положением ислама в советское и постсовесткое время. В главе поднимается вопрос о взаимосвязи этнической и религиозной идентификаций.

В пятой главе, авторами которой также являются Елена Омельченко и Гюзель Сабирова, анализируется значимость совершения религиозных церемоний, обрядов, следования исламским нормам и обычаям. И в Татарстане, и Дагестане на протяжении первых десяти лет после событий 1991 года наблюдался резкий рост интереса к обрядам, традициям, символам ислама. Однако авторы отмечают, что повседневные религиозные практики сильно различаются в этих республиках. В главе также рассматривается процесс передачи исламской веры и ценностей от одного поколения к другому, детально описываются факторы, повлиявшие на исламизацию данных регионов.

В шестой главе Хилари Пилингтон, Елена Омельченко и Гюзель Сабирова раскрывают процесс возрождения ислама в национальной политике Татарстана и Дагестана. Сравниваются и противопоставляются исламские компоненты национальной идентичности татар, живущих в такой двунациональной республике, и множества различных этнических групп, населяющих Дагестан. Изучаются способы, с помощью которых формируются национальные стереотипы, как они вплетаются в повседневную жизнь народов этих двух республик и какова роль доминирующих государственных дискурсов в этом процессе. В главе затрагиваются вопросы будущего республик в составе Российской Федерации, роли ислама в государственной структуре и политическом процессе, анализируются представления жителей республик относительно исламского фундаментализма и его связи с политическим экстремизмом и терроризмом. Особое внимание уделяется восприятию населением вахаббизма и борьбы Чечни за свою независимость.

В седьмой главе Елена Омельченко и Гюзель Сабирова рассматривают то, как национально-религиозное возрождение Татарстана и Дагестана повлияло на восприятие вопросов гендера мусульманским населением республик. Основной акцент делается на четырех темах, поднимаемых в проведенных интервью с жителями двух регионов: образы «настоящего» мусульманина и «настоящей» мусульманки, отношение к многоженству, внешние атрибуты мусульманской идентичности, выраженные, в основном, в одежде, значимость национальности и религии при выборе супруга или супруги.

В заключительной главе, обобщая выводы всех исследователей, Хилари Пилкингтон касается темы «исламской проблемы» в России и того, как она была пересмотрена в свете событий 11 сентября 2001 года. Автор задается вопросом, действительно ли «промежуточная» позиция России делает ее очагом напряженности в «цивилизационном конфликте» или это возможная модель сосуществования двух религий – ислама и христианства? И хотя однозначного ответа не дается, в книге с помощью противопоставлений и сравнений исторических, культурных, этно-политических и социальных контекстов возрождения ислама в двух республиках Российской Федерации, доказывается, что только через глубокое понимание этих контекстов возможно осознание роли ислама в формировании современных этнических, религиозных и политических ситуаций.

  1. С сентября 1997 по август 1998 был осуществлен основной полевой этап исследования, в котором, в общей сложности, приняли участие 516 респондентов (302 в Татарстане и 214 в Дагестане), с которыми проводились глубинные интервью.